12 января 2019 г. в 01:00 МСК

Свет-Луна, Ч-1
  • Ведущий программы

    Валька

    Россия

    Автор и ведущая программы "Стол Музыкальных Находок" на Народном Славянском Радио

Всё меняется с течением времени порой до неузнаваемости. Такие же метаморфозы происходят и с языком общения между людьми. Исторические трансформации в языке очевидны.  Давно уж на русском севере не говорят на чисто поморьской говоре, - не вполне понятном ныне языке, веющем стариной. Но в быту и сей год слышатся отголоски древнего наречия звучащего в деревенской глубинке, в возрождаемой песенной культуре народного фольклора и в сказках живущих в воспоминаниях и пересказываемых коренными жителями этих мест.
 
Словами Оводовой Елены Севериановны, руководителя фольклорного театра «Сузёмье»: «Эта сказка давно когда-то жила в верховьях Пинеги (д. Слуда). Написана в моём истолковании»
.
Слушаем старинную поморскую сказку Свет-Луна часть первая…
 
Жил-был царь и он имел троих сыновей. Созвал к себе их и говорит: - Вот вам, сыны мои родные, кажному по калёной стрелы-судьбы. Пущайте эти стрелы, на цей двор стрела падё – оттуль и невесту брать.
Вышли братья на двор, стали спинами друг дружки, натянули тетеву и пустили на три разны стороны калёны стрелы. У перва-то сына пала стрела на боярской двор, у друга сына пала стрела на купеческой двор, а у третьего – Ивана-богатыря пала калена стрела далёко-далёко. Иван-богатырь пошел искать свою стрелу-судьбу. Долго шол Иван-богатырь пока не наткнулсе на старушонку – еле кости вместе, в руках c калёной стрелой. Посмотрел Иван-богатырь, плюнул, да и повернул обратно. Шол, шол долго, с дороги сбилсе, в болото топко забрёл. Выкарабкаце никак не можё, тина-то болотна стала уже в рот ползти.
«Эх, - дума – уж луце бы я эту старушонку-еле кости вместе выбрал, цем тутака в болоти помереть».
Только подумал, как в тот же миг стал и цист и сух. Возвернульсе он к старушоноцки, а та ему и говорит:
- Назови меня, Иван-богатырь, как невесту свою богоданную, свою возлюбленную.
А он и сказал:
- Свет-Луна ты моя будешь.
А она говорит:
-Не бойси и не гледи на меня пецально, Иван-богатырь, пока столы не пройдут, я ишо старушонкой-еле кости вместе побуду, а потом уж шо Бог дас.
 
Пришли они к царю-батюшки. Батюшко-то и говорит:
-Задари-ко ты её, Иван, златом-серебром, цистым жемцугом. Пускай от тебя отступице.
А старушонка – еле кости вместе говорит:
-Какова стрела, какова судьба, такова жона.
 
На перву-то невесту народ радуице, на втору – любуюце, а над третьей-то люди смеюце.
 
Вот после свадьбы-то ноцью Иван-от гледит, а около его така красавиця лежит, шо ни в сказки сказать, ни пером описать. И так кажинной день: днём старушонка-еле кости вместе, по ноцам – красавица. И любит ей Иван-богатырь, голубит, только всё досыдуё, цто красоты-то экой никто не видит.
 
Однажды царь даё задание своим невесткам: за ноць по рубашки кажной сшить. 
Стали первы-ти невестки за старушонкой подглядывать, как она рубашку будё шить. А старушонка зна, как их провести: взяла она портно, разорвала на лепнёцки:
- Ветры-ветероцки, понесите-ко мои лепнёцки в город, к отцю моему. Есь у отца моего сороцка шо ни шва, ни стежка, а вся как лита. Шобы она к утру-свету здесе была.
Поутру несут невестки рубахи царю.
Перву рубаху царь взел:
- Ну энта кое-как – говорит
Втору взел рубашку россматрива:
- Ну да и энта тоже не луце.
Третью рубашку принима, головой каца:
- Ну и рубаха, ну и красота!
Следушше заданьё царь даё своим невесткам, шобы за ноць ковры выткали.
Ну те-то две невестки и говоря:
- Ты пойди-ко, деушка Чернавушка, погледи, как старушонка будёт ткать.
А старушка жицю розорвала, лепнёцки в оконцё:
- Ветры-ветероцки, понесите-ко мои лепнёцки в город к отцю моему. Есь у него ковёр, не шито, не ткано, всё равно как высажено.
Побежала девка скоре до невесток да и всё им россказала. А те тоже стали жицю рвать да поветер выпускать. А жиця-то лежит да лежит под оконцём. Ну шо же делать? Стали тогды невестки из рваной жици делать ковры.
Царь ковры принима ихны, да головой каца:
- Ну уж эти-ти два даже в задоски не годяце, ну а трети-ёт ковёр – не ковёр, а кросота неземна. Этот я к себе на стенку ко кровати повешу.
Велит царь дале своим невесткам хлебы исспець. И опеть таки эти две-то невестки отправляют девку-Цернавку подглядывать за старушонкой.
А старушонка взяла воды холодной да несеяной муки, всё замесила да и в холодну пець посадила с приговором:
- Пекись мой хлебушок белой, как снежок, мягкой да рыхлой. Да и будь скусной.
Потом немного погодя заслон отпират да хлеб-от и вынимат. Испёкси хлеб бел, как снег, мягкой да рыхлой и скусной. Девка-Цернавка всё сказала невесткам. Невестки всё эк же стали делать. В холодной воды несеяну муку растворили да в пець нетоплену посадили. А квашня-то вся росползласе по поду-то, и не мысля они как это собрать-то… Девку-Цернавку скликали, да на скору руку други хлеба стали стряпать.
Принося все они трое хлеба царю.
Тот розглядыват, диву даёце от старушонкиного хлеба: Такого хлебушка я в жизни своей не едал: скусной, рыхлой, белой как снег.
Взел други хлебы; один замодел, другой пригорел.
Царь даже пробовать забоялсе: А эти хлебы скотины во хлев снесите. Здря только муку израсходовали.
Заругалсе на красавиць-то. А братья-ти старши уже были бы и рады обоих своих красавиц на эту старушоноцку обменять.
 
Вы прослушали первую часть старинной поморской сказки Свет-Луна, в истолковании Оводова Елена Севериановна.  
Продолжение следует… 
 

Формат: mp3
Ссылка для скачивания: Свет-Луна, Ч-1