Журнал, выпуск 9
Журнал Быть Добру
Реквизиты
Народный корреспондент
Телевидение НСР
Народное телевидение
Детское ТВ
Народная лавка
Присоединяйся к нам

Миссия. Начало пути. Глава 2

Миссия. Начало пути. Глава 2

Глава 1 / Глава 3

Глава 2

— Андрей, Андрей! Заснул, что ли? — Сергеич, так все звали начальника участка, хлопнул Столярова по плечу. — Чё-то ты какой-то не такой последние дни?! Давай-ка, сходи с Петькой на склад, получи инструменты вот по этой накладной.

  Он сунул в руки рабочего чуть помятый бланк, и подойдя к парню, работающему за ближайшим станком, тоже что-то ему сказал, и пальцем указал на Андрея. Тот понятливо кивнул и, отключив оборудование, подошёл к товарищу по работе.

— Что, пошли, а то перерыв скоро, хочу отыграться за вчерашний проигрыш, — громко сказал парень, стараясь перекричать шум станков, видя, что напарник никак не может решить, что нужно делать.

 — Да, пошли, — наконец ответил Столяров и направился на выход.

 Выйдя на улицу из шумного цеха, рабочие отправились по ухоженной дорожке к помещению склада. Пока они шли, пока получали необходимые инструменты, и во время обеденного перерыва в памяти всплывали послеармейские годы.

  * * *        

  Бежать было легко и приятно. Несколько дней назад Андрей дембельнулся и теперь вместо войсковой спортивной площадки, окружённой по всему периметру высоким забором, он бежал по осенним, усыпанным листвой дорожкам родного Донецка, в котором родился, и в котором прошла вся его жизнь до армии. В этом городе он получил свидетельство об окончании восьми классов и диплом ПТУ. Здесь он завоевал зелёный пояс по каратэ, и отсюда призвался в ряды Вооружённых сил, где, попав в спортроту, заработал уже коричневый пояс, и если бы не дембель, то, возможно, получил бы и чёрный. Служить посчастливилось в маленьком украинском городке с красивой природой и небольшим количеством жителей, однако здесь, в родном миллионнике, воздух, пропитанный шахтной пылью и прокопчённый дымом труб металлургического завода, казался всё равно свежее и роднее, чем на службе.

  Армейскую привычку рано вставать и делать утреннюю зарядку Столяров не оставил и уже на следующий день, хотя и принял накануне грамм сто за встречу, вышел на свою первую пробежку по своему посёлку. Вчера завалились в гости друзья — Славка и Олег, с которыми он дружил ещё со школы. Откуда только узнали о его приезде? Посидели в скромной компании — он с родителями да товарищи. Вспоминали детство, юность. Андрей рассказывал о службе, ребята делились местными новостями. Отец иногда задавал вопросы, а мать всё больше слушала, с любовью всматриваясь в мужественное лицо повзрослевшего сына, незаметно, время от времени смахивая выступавшие из глаз слезинки. После застолья, перед тем как разойтись по домам, Славка решительно заявил, что завтра они должны непременно сходить на новый фильм.

 — Не, ты должен обязательно его посмотреть, — настаивал он, хотя друг, всё ещё находящийся под впечатлением от встречи с родными, и не думал отказываться.

  Стоя на холодной лестничной площадке в накинутом на плечи дембельском кителе, Андрей только молча кивал, пожимая на прощание друзьям руки. Олег тоже ему что-то говорил, но и его слова пролетали мимо сознания куда-то вдаль, точно катились по скользкой ледяной горке, не цепляясь ни за какие препятствия.

  Сделав утреннюю пробежку, Столяров не стал в первый день сильно себя нагружать. Вернувшись домой, он плотно позавтракал любимыми блинчиками с творогом и сметаной, которые, встав ни свет ни заря, приготовила его мать. Она знала, чем побаловать любимого сыночка. День прошёл сумбурно. Идти никуда не хотелось. Родители были на работе, а он, усевшись в кресло возле телевизора, что-то смотрел, о чём-то думал. Андрею было приятно осознавать, что не нужно никуда спешить, и что теперь он ни от кого не зависит. Улыбался мыслям, что больше не последует невзначай команда: ”Строиться на улице!”, и что пойти на кухню и поесть может не по приказу, а тогда, когда сам этого захочет.

  К вечеру по очереди вернулись отец и мать. Та сразу, быстро переодевшись, пошла на кухню готовить ужин. Вслед за ними появился и Славка, чтоб, как обещал, повести товарища в кино. Смотрели только что вышедший в прокат, новый фантастический триллер. Естественно в 3D изображении. Новинкой этот формат уже не был, однако смотреть фантастику в объёме всегда было интересно. Людей в зале было немного, и Андрею сразу бросились в глаза две подружки — молодые девчонки, на вид лет по семнадцать, точно не определишь. Сейчас все девочки — акселератки, взрослеют очень быстро, краситься начинают рано, так что поди определи их настоящий возраст. Столяров изредка во время сеанса, поглядывал на парочку, сидевшую чуть впереди. Традиционная картина: маленькая толстенькая — одна и стройная симпатичная — вторая. Самый распространённый и устойчивый вариант женской дружбы. Естественно, ему приглянулась стройная и симпатичная.

  Досмотрев фильм до конца, друзья не спеша направились к выходу. Окунувшись после душноватого помещения в ночную прохладу осени, оба, как по команде, глубоко вдохнули полной грудью, и насладившись бодрящим свежим воздухом, Андрей бегло прошёлся взглядом по окрестностям в поисках тех двух девчонок. Никого не увидев, он разочарованно опустил голову и вместе с другом уже собрался было повернуть к остановке, как слух уловил сдавленный не то крик, не то всхлип. Столяров замер. Славка, сделав пару шагов, тоже остановился и вопросительно посмотрел на товарища.

 — Не, ты чего там, прилип или примёрз? — спросил, не понимая причины задержки, друг.

 — Тихо! — Столяров приложил палец к губам. — Слышишь?

  Мимо них прошли последние посетители кинотеатра и скрылись за поворотом. Наступила полная тишина, и в этой тишине теперь уже оба услышали приглушённые звуки. Голоса принадлежали мальчишкам или юношам, а отвечал им испуганный девичий. Дав знак товарищу, чтобы тот оставался на месте, Андрей лёгким, крадущимся шагом приблизился к небольшому, закрытому на ночь торговому павильону, за которым и происходило что-то непонятное. Аккуратно, точно хищный зверь на охоте, боящийся спугнуть добычу, выглянул за угол. Картина была вполне предсказуемая — трое подростков приставали к тем самым двум подружкам из кинотеатра. Один из парней стоял недалеко от угла павильона с ножом в руке, угрожая маленькой толстенькой девушке, второй — рукой прижимая её к серой от пыли стене. Двое других, по виду явно принявших алкоголь или наркотики, пытались затянуть вторую подружку чуть дальше, в тень. Та старалась сопротивляться — только из-за стресса или страха, даже в сумраке читающегося на её лице, это удавалось ей с трудом.

  Проанализировав ситуацию уже как боец, Андрей, выждав момент, когда ближний подонок повернёт голову в противоположную сторону, выскользнул из-за угла, и перехватив руку с ножом, и отводя её по дуге в сторону, нанёс удар ребром ладони по шее. Противник обмяк, нож упал на землю. Сделав быстрый рывок, Столяров через мгновение очутился возле второй группы. Эти парни были без оружия. Несколько опешив от неожиданности, они отпустили девушку и развернулись лицом к незнакомцу. Андрей воспользовался этим секундным замешательством, и в следующее мгновение ещё один насильник был “выключен” прямым ударом ноги в солнечное сплетение. Согнувшись пополам и задыхаясь от недостатка воздуха, он улетел туда, куда только что хотел затянуть свою беззащитную жертву. Третий оказался более расторопным. Видимо, он имел представление о боевых искусствах, и быстро придя в себя, попытался попасть сопернику ногой в голову. Получилось довольно эффектно, но неэффективно. Не иначе как насмотрелся красивых боевиков, так как такие удары проходят разве что в кино. Слегка присев, уходя от взметнувшейся вверх ноги, и сделав резкий разворот всем корпусом, Столяров снёс подсечкой находящегося в это время на одной ноге каратиста, и тот всем телом, с громким придыханием шлёпнулся на асфальт. Молниеносный тычок согнутыми пальцами в корпус, и упавший злоумышленник, так же как и два его напарника, притих в кустах на неопределённое время.

  Все эти действия были проделаны чётко и слаженно, как на тренировке. Никто из присутствующих ещё не успел и опомниться. Девушки стояли на своих местах, постепенно приходя в себя, малолетние преступники лежали, не подавая признаков активности, а из-за угла выглядывала испуганная физиономия Славки. Его лицо выглядело так забавно, что Андрея поневоле разобрал смех. Подружки повернули головы в ту сторону, куда он смотрел, и тоже заметили глуповатую и испуганную рожицу. Через минуту, постепенно поддавшись заразительному смеху их спасителя, они также сначала заулыбались, а несколько секунд спустя, когда страх начал убывать, и наступила эмоциональная разрядка, зашлись в громком безудержном смехе, который подхватил и вышедший теперь из-за укрытия Славка. Смеялись несколько минут, растирая по щекам бегущие из глаз слёзы. Вдоволь насмеявшись, девчонки вытерли платочками размазанную по лицу тушь и, сопровождаемые новыми знакомыми, направились к остановке. По пути познакомились. Ту, что приглянулась Андрею, звали Катя. Симпатичная девушка с локонами рыжих волос, разбросанных по худеньким плечам, с маленьким курносым носом и озорными глазками, искрящимися из-под длинной чёлки, сразила парня наповал, лишь только он разглядел её при достаточно хорошем освещении уличных фонарей. Ребята проводили подруг к общежитию — обе были неместные, а здесь, в Донецке, учились в университете. К счастью для Андрея, его интерес к Кате оказался взаимным и превратился в ежедневные многочасовые свидания.

  * * *

   Крайний день рабочей недели прошёл буднично и незаметно. Вот только люди, работавшие со Столяровым уже не один год, не могли не заметить перемен в его поведении. Приходивший в последнее время на работу с “запашком”, теперь он всегда был абсолютно трезв, без малейшего намёка на употребление алкоголя. Раньше никогда не избегал компании и на перерыве с удовольствием “забивал козла” с местными рабочими, а теперь стал каким-то задумчивым и необщительным. То ли заболел, то ли что случилось, а может и того хуже — подсел на наркоту? Сослуживцы поглядывали на товарища по работе, кто с сомнением, кто с жалостью; были и такие, что, видя на небритом лице мужчины какую-то печаль, втихомолку радовались, что не только у них всё плохо. К счастью, таких было немного, в основном все относились если не с сочувствием, то, по крайней мере, и не со злорадством к переменам в жизни коллеги.

  На этот небольшой мебельный комбинат Андрей устроился сразу после армии. Профессию столяра он выбрал неслучайно. Не по фамилии, конечно, хотя с детства все его друзья так и звали – Столяр. Дети любят сокращать фамилии, и эти сокращения, как правило, превращаются в клички, сначала дворовые, потом школьные, а у многих остаются и на всю жизнь. Так вот, парень по прозвищу Столяр с детства любил запах свежеструганной древесины. В школе, на уроках труда, лучше всех справлялся с заданиями по дереву. Вот и профессию себе выбрал не для того, чтобы деньги заколачивать, а чтоб по душе, чтобы получать удовольствие от работы. И он действительно был счастлив: и когда, входя в пропахший сосной и берёзой цех, вдыхал густой древесный аромат, и когда, получая ничем неприметный кусок дерева, сдавал на склад чуть ли не произведение искусства. Только из-за этого самого удовольствия на работе у него и произошёл разлад в семье.

  * * *

— Андрюша, я, конечно, понимаю, что призвание и всё такое, но посмотри, как мы живём, — в который раз затеяла за ужином неприятный разговор его супруга Катерина.

  Вот уже три года прошло с тех пор, как в прекрасный субботний день их наконец-то объявили мужем и женой. Дружком у Андрея был, естественно, Славка, а дружкой у невесты — её неизменная подруга Дашка. Жаль вот только, родители его не дождались этого радостного мгновенья. Год назад в автокатастрофе трагически погибли самые близкие ему люди. Для Столярова это было сильное потрясение. Пришлось перестраивать всю свою жизнь. Теперь все домашние дела, которые распределялись на троих, легли на него одного. Уборка, которой он не любил заниматься; готовка, к которой он имел отношение только как едок; ну и всякие ремонты в квартире, которыми он всегда занимался под пристальным наблюдением матери — всё это свалилось на него, точно снег на голову. Ко всему этому пришлось привыкать, и всему учиться.

  Теперь Андрея никто не спрашивал, собравшись в тесном семейном кругу, когда он, наконец, собирается жениться. Некоторое время его никто не донимал вопросами о женитьбе и со стороны. Друзья сочувствовали его горю, Катя и её родители тоже не делали никаких намёков. Лишь спустя год со дня гибели родителей, и когда прошли долгие три  года ухаживаний, он всё-таки сделал Кате предложение выйти за него замуж. Свадьбу сыграли у невесты дома, но жить вернулись в его двухкомнатную квартиру, которой уже давно требовалась женская рука.

 — Вон у Дашки, — продолжала жена свои нравоучения, — и машина, и дача. Муж — бизнесмен, такие деньги заколачивает. Предлагали же тебе открыть своё дело, и с деньгами бы помогли, и с оформлением… Так нет, отказался. Видите ли, ему его работа нравится. А то, что на эту зарплату я даже новых туфель себе не могу позволить купить, не говоря уже о чём-то более серьёзном, это тебя не волнует.

  Катя отодвинула в сторону тарелку с недоеденным супом и укоризненно взглянула на невозмутимо жующего свою порцию мужа. Андрей никогда не выражал недовольства на систематические высказывания супруги, никогда не повышал голос и не отвечал крепким словцом, которое мог себе позволить в мужской компании. У него до сих пор сохранилась какая-то робость в общении с женщинами, и со своей женой в том числе.

 — Почему я одна должна думать о деньгах, экономить, изворачиваться? Неужели тебе самому не хочется жить, как нормальные люди? Я же не требую от тебя наряды от кутюр, особнячок за городом, “мерина” в гараже. Я хочу элементарной человеческой жизни. Мы ведь даже ремонт нормальный не можем сделать. Последний раз его ещё твои родители сто лет назад делали.

  Андрей поморщился, а Катерина, поняв, что зацепила самое больное место своего супруга, немного стушевалась, но своего напора не ослабила.

 — Ну, что ты молчишь всегда, почему из тебя даже слова не вытянешь? — она бросила на стол ложку, которую крутила в руках.

  Всё это Андрей слышал не в первый раз и, как обычно, ничего не мог на это ответить. С одной стороны он понимал, что жена права, но какая-то неведомая сила, жившая у него внутри, никак не хотела отпускать его с привычной, хотя и малооплачиваемой работы.

 — Катенька, — в очередной раз попытался уговорить он супругу, — ну подумай, какой из меня бизнесмен. Да я в первые же месяцы прогорю, а за долги у нас ещё и квартиру отберут. Вообще в бомжей превратимся.

  Однако в этот вечер жена была настроена крайне серьёзно. Резко встав из-за стола, чуть не опрокинув табурет, она выбежала в другую комнату. Послышались тихие всхлипывания и звук снимаемых с полок вещей. Затем хлопнула крышка чемодана, и через несколько минут в дверях появилась одетая в выходную одежду Катерина.

— Вот что я тебе скажу, Андрюша, — сказала она уже спокойным, но еле заметно дрожащим от подавляемого плача голосом, — живи как хочешь, а я ухожу. Сегодня переночую у Дашки, а завтра поеду к родителям. Денег на дорогу возьму у неё. А ты, если что-то надумаешь, дай знать. Извини, но я так больше не могу.

  Супруга подняла собранный чемодан и вышла из квартиры. Дверью она не хлопнула, а наоборот, тихонько притворила, словно хотела усилить и подчеркнуть образовавшуюся в квартире давящую на психику тишину.

  * * *

   Андрей закончил дневное задание ещё до звонка. Погружённый в свои воспоминания, привёл рабочее место в порядок, помылся в бане и доехал до своей остановки. Направляясь к себе домой, заглянул в овощной магазин, купил картошки, и с какой-то опаской вошёл в свою квартиру. Есть совсем не хотелось. Запихнув покупку на нижнюю полку холодильника, он не спеша побрёл в спальню. Не раздеваясь, завалился на свой любимый диван, прикрыл глаза и незаметно погрузился в сон. Воспоминания, возникающие в течение сегодняшнего дня, оплетая паутиной прошедших и весьма неприятных событий, по капельке, будто паук, плетущий эту самую паутину, медленно вытянули из его организма всю жизненную энергию. Телу, мозгу и нервной системе требовался хороший отдых, чтобы восстановить утраченные силы. Так, ни разу не проснувшись, он и проспал до самого утра. Ночью привычно появлялись всё те же, когда-то дикие ощущения, но к счастью, теперь в гораздо более слабой форме, так что даже не разбудили Столярова. Утром, после пробуждения, они казались просто неприятным сном, оставившим после себя лишь небольшой горьковатый осадок.

  Проснувшись, Андрей долго не мог понять, где он, и почему спал одетым. Взглянул на часы — начало двенадцатого. “Сколько же я проспал?” — мелькнула мысль. Хороший продолжительный отдых сделал свое дело. Настроение немного улучшилось. Лёжа с открытыми глазами и тупо глядя в потолок, он попытался вспомнить свои ночные переживания. Однако сегодня они были настолько бледными, что память отказывалась их ему предоставить. Впрочем, в предыдущие разы, с наступлением утра всё, что происходило ночью, всегда казалось нереальным, фантастическим и далёким. Каждое утро солнечный свет растворял в себе все тяжёлые ночные эмоции, возвращая сознание из мистики в реальность. Снова можно было спокойно жить и радоваться. Вот только осадок оставался довольно скверный, да вредная память, упорствующая, словно партизан, не желающий ничего рассказывать по утрам, в течение дня, живыми короткими эпизодами, выбрасывала на-гора порции ночных событий.

  Половина дня уже прошла. Сквозь шторы пробивался полуденный свет майского солнышка, ещё не такого горячего, как летом, но достаточно тёплого, чтобы прогреть их плотную ткань и сделать душным воздух в маленькой комнате. Андрей встал с дивана, подошёл к окну. Отдёрнув шторы в стороны, приоткрыл форточку. В комнату влетел свежий весенний ветерок, всколыхнув на полу и столике слой многодневной пыли. Столяров поёжился от холодного дуновения. Весна в этом году выдалась затяжной, а ведь были времена, когда они с друзьями уже в начале мая бегали купаться в водоёме. Осмотрелся вокруг. С глаз словно сползала многолетняя пелена, скрывающая реальность. Новым взглядом посмотрел на пыльный налёт, покрывающий всё, что находилось в спальне. Взглянул на ковёр. На нём, словно тропы зверей в лесной чаще, были видны более светлые полосы, протянувшиеся от дверей к кровати, от кровати к шкафу с вещами и окну. Сколько времени он не делал уборку? Уже и не помнилось. С утра работа, после работы Славкин гараж, а после гаража - уже не до уборки. Переспал ночь и с утра всё по новой — работа, гараж. В выходные тоже делать ничего не хотелось. Однообразие жизни затянуло, как топкое болото. Жизнь проходила мимо него, а он даже не замечал её, всё глубже погружаясь в болотную жижу беспробудной рутины.

  Андрей решительно повернулся к двери и направился в ванную. Мельком взглянул на заросшее щетиной лицо, показавшееся в зеркале. “Лицом займусь потом”, — подумал он, набрав в ведро тёплой воды и, мурлыча себе под нос какую-то незамысловатую мелодию, направился в комнату делать уборку.

  Через четыре часа все комнаты блестели. В коридорчике, у входной двери, стояли готовые к выносу два полных мусорных пакета. Настроение после проделанной работы улучшилось. Не без гордости хозяин квартиры окинул взглядом плоды своего труда, и направился на кухню, так как организм уже давно сигнализировал о том, что необходимо подкрепиться. Холодильник был пуст так же, как и его желудок. С картошкой возиться не хотелось, поэтому насыпал в миску привычных овсяных хлопьев, залил их водой и через несколько минут, сварив незамысловатый обед, с удовольствием поглощал это нехитрое блюдо. Несмотря на то, что овсянка по утрам ему уже порядком надоела, сейчас он получал реальное наслаждение от пищи. Чистота помещения создавала благоприятный фон для поднятия настроения, а плодотворный труд пробудил в нём зверский аппетит. Когда посуда была помыта, зазвонил мобильник. На крутой смартфон Андрей так и не насобирал, поэтому пользовался простым кнопочным телефоном.

  Звонил, конечно, Славка. Как же без него? Поднимать трубку не хотелось — опять начнёт уговаривать попить пивка. Пить пиво желания не было, впрочем, как и чего-либо покрепче. Подождал, пока гудки прекратятся, и отключил телефон. Если друг начнёт предъявлять претензии, всегда можно сказать, что “сдохла” батарея. Встал новый вопрос — чем заниматься теперь? Делать было нечего. Пришлось пойти во вторую комнату и подумать об этой проблеме там. Книги, плотно заполнявшие полки шкафа, его не заинтересовали — не то настроение.  Оставался телевизор. Поискал глазами пульт, во время уборки он точно его видел. Вспомнил, что подобрал его с пола и положил на книжную полку, чтобы не наступить. Посмотрел. На полке пульта тоже не было. “Блин, ничего не понимаю, — выругался Андрей, оглядываясь вокруг, — я же точно помню, что положил его именно сюда”. Прошёлся в поисках вещи по всему помещению. Вновь бросил беглый взгляд на ту же полку — пульт спокойно лежал на ней, как ни в чём не бывало. “Это уже ненормально”, — промелькнуло в голове. Всё ещё не веря своим глазам, взял предмет в руки, повертел, осматривая со всех сторон, точно пытаясь убедиться в том, что зрение его не подводит, и нажал на кнопку. Ничего не произошло. “Ясно, — с огорчением подумал Столяров, — батарейки давно уже не менял”. Положил ставшую бесполезной вещь опять на то же место, и вздрогнул от внезапно донёсшегося с кухни звука разбившейся чашки. Это представлялось довольно странным. Он хорошо помнил, как протирал вымытую посуду сухим полотенцем и ставил её в кухонный шкаф. Упасть и разбиться там просто было нечему. Поспешив туда, он с порога окинул взглядом помещение — всё в порядке, никаких следов битой посуды.

  Шлепок упавшей на пол в зале книги, уже не столько испугал, сколько удивил Андрея, и он, теперь не спеша, прошёл в помещение, покинутое им буквально минуту назад. Результат он интуитивно предсказывал в своём воображении, и был абсолютно прав — никаких книг на полу он не обнаружил. Происходящее начинало напоминать шизофрению, которой, к счастью, он никогда не страдал. Сердце участило свои сокращения, гулким эхом отдаваясь в тишине комнаты. Виски начало сжимать невидимыми клещами, а в груди медленно закипала злость. Эти звуковые галлюцинации, как он определил название всему происходящему, начинали его раздражать. По привычке Андрей автоматически несколько раз крепко сжал и разжал кулаки, стараясь вернуть себе самообладание. Только на этом галлюцинации не закончились. Последней каплей, до конца исчерпавшей его терпение, был звук спускаемой в туалете из сливного бачка воды. Теперь он туда не пошёл и не побежал — он туда метнулся со всех ног, одновременно распахивая дверь, хлопая всей пятернёй по клавише выключателя, и молнией влетая в туалет. В этот раз слух его не обманул: вода действительно стекала в закрытый крышкой унитаз; вот только, что было причиной этого действия, оставалось необъяснимой загадкой.

 — Да что здесь происходит? — в отчаяньи заорал он и, не выключая свет, с силой хлопнул дверью так, что зазвенело в ушах. — Дурдом какой-то!

   Андрей кричал что есть силы, выплёскивая из себя потоки эмоций, и вовсе не заботясь о том, что подумают соседи о его поведении. Быстрым шагом он вернулся в зал и в отчаянии завалился в стоящее напротив неработающего телевизора кресло. В этот момент в комнате вдруг резко потемнело, стало сумеречно, будто солнце закрыла большая туча. Так как он сидел спиной к окну, это первое, что пришло ему в голову. Но он тут же вспомнил, что буквально секунду назад, когда сюда входил, его мельком брошенный взгляд в чисто вымытое окно отметил ясное, без какого-либо намёка на облака, небо. Что-то болезненно знакомое холодком пробежало по жилам, тело будто придавило в кресле многотонной плитой. Мозг моментально провёл аналогию с ночными переживаниями, а тело вновь медленно обволакивало липким страхом. Андрей всем своим естеством ощутил, что за спиной кто-то есть.

Глава 3

Мнение редакции может не совпадать с мнениями авторов статей

Если вы нашли ошибку в тексте, напишите нам об этом в редакцию

Поделиться в Социальных сетях с друзьями:
321
Понравилась ли вам статья?
5 - (проголосовало: 3)Голосовать могут только зарегистрированные
и не заблокированные пользователи!
Вас могут заинтересовать другие выпуски с похожими темами
 
Русская Лапландия. Места силыМистические места РоссииМиссия. Начало пути. Глава 1

Народное Славянское радио

Это первое в истории Славянского Мира некоммерческое "Народное Славянское радио", у которого НЕТ рекламодателей и спонсоров, указывающих, что и как делать.

Впервые, команда единомышленников создала "радио" основанное на принципах бытия Славянской Державы. А в таковой Державе всегда поддерживаются и общинные школы, и здравницы, общественные сооружения и места собраний, назначенные правления, дружина и другие необходимые в жизни общества формирования.

Объединение единомышленников живёт уверенностью, что только при поддержке народа может существовать любое Народное предприятие или учреждение. Что привнесённые к нам понятия "бизнес" и "конкуренция", не приемлемы в Славянском обществе, как разрушающие наши устои. Только на основах беЗкорыстия и радения об общественном благе можно создать условия для восстановления Великой Державы, в которой будут процветать Рода и Народы, живущие по Совести в Ладу с Природой. Где не будет места стяжательству, обману, продажности и лицемерию. Где для каждого человека будут раскрыты пути его совершенствования.

Пришло время осознанности и строительства Державы по правилам Славянского МИРА основанных на заветах Предков. "Народное Славянское радио" - это маленькая частица огромной Державы, оно создано для объединения человеков, для коих суть слов Совесть, Честь, Отчизна, Долг, Правда и Наследие Предков являются основой Жизни.

Если это так, то для Тебя, каждый час на "Народном Славянском радио" хорошие песни, интересные статьи и познавательные передачи. Без регистрации, абонентской платы, рекламы и обязательных сборов.

Наши соратники

родобожие русские вести родович славянская лавка сказочное здоровье белые альвы крестьянские продукты Портал Велеса ИСКОНЬ - АНО НИОИС