Журнал, выпуск 9
Журнал Быть Добру
Реквизиты
Народный корреспондент
Телевидение НСР
Народное телевидение
Детское ТВ
Как сказывали наши Деды
Колодар

Миссия. Начало пути. Глава 3

Миссия. Начало пути. Глава 3

Начало здесь
Глава 2 / Глава 4

Глава 3

  Словом “ощутил” вряд ли можно охарактеризовать то, что происходило на самом деле. Его словно взяли и окунули в это непонятное состояние. Воздух вокруг него уплотнился, звуки, наполнявшие комнату, исчезли. Картинка перед глазами превратилась в подобие фотонегатива. Все вещи, погрузившись в сумрак, окутавший комнату, тоже стали мрачными, в то же время оставляя позади себя не тёмные, а светлые тени. Чувство беспомощности от невозможности пошевелиться вызывало одновременно и ярость, и какую-то обречённость. Спиной Столяров ощущал, как То, что находилось позади него, точно рентгеном, просвечивало каждую клеточку, каждый участок его тела, тщательно изучая, а возможно, и что-то изменяя. Мозг отдавал приказ повернуться, но голова отказывалась слушаться, он был полностью под властью неизвестного. В памяти вдруг всплыли услышанные когда-то рассказы-ужастики о пришельцах из космоса, которые, парализуя свою жертву, принимались изучать её строение, извлекая иногда, без всякого наркоза, внутренние органы и вскрывая черепную коробку. От таких мыслей по телу непроизвольно пробежал озноб.
 
По своей природе Андрей не был трусом, и никогда, с самого детства, не боялся темноты, как многие дети. На татами он тоже не ощущал страха перед соперником, так, лишь небольшое волнение до тех пор, пока не начинался бой. Этот же нынешний страх, а точнее, эти ощущения были совсем иными, непривычными для обычного человека. Это что-то проникало извне внутрь тела: через всю поверхность кожи, через все поры, какой-то невидимой густой субстанцией, и тормозило все рефлексы и двигательные функции. Столяров сделал попытку проанализировать ситуацию. Попытка была абсолютно безуспешной. Мозг, главный помощник в этом деле, не отреагировал положительно ни одним из двух своих полушарий. И человек сдался, уже более не пытаясь что-либо предпринимать. Теперь он был спокоен и неподвижен. Знакомое ощущение чего-то липкого обволакивало тело, пропитывало одежду, заполняло всё помещение, будто вода, просочившаяся в трюм тонущего корабля, постепенно поднимающаяся всё выше, пока не достигала потолка. В этот момент страх исчез, а сознание прояснилось, и стало совершенно чистым — стерильно чистым, как лист белой бумаги, только что вышедший из-под станка. Мысли, которые в последнее время не давали покоя, легко выскользнули из головы и парили где-то рядом, не причиняя ни малейшего волнения. Тревоги больше не было — липкая субстанция, точно губка, втянула её в себя и переварила, как любимый деликатес. Так прошло неизвестно сколько времени, оно просто перестало существовать. Минуты, часы, дни… Всё это сейчас казалось абстрактным и далёким, не имеющим никакого значения. И вдруг одна-единственная мысль каким-то образом проскользнула в голову и ослепительной вспышкой озарила сознание. Сейчас Андрей был уверен, что эта липкая субстанция является ни чем иным, как самим временем, сгустившимся настолько, что превратилось в тягучий кисель.

 — Вот и славно, вот и хорошо.

  Вдруг возникший во вновь воцарившемся безмолвии мыслей голос вернул Андрея в реальность. Точнее, это был  даже  не голос. Это были слова, которые просто прозвучали у него в голове. Густота заполняющего всё вокруг киселя слегка уменьшилась, но оставалась заметной, и улавливалась взглядом, будто лёгкое покачивание горячего воздуха над раскалённой поверхностью металла. В комнате стояла неестественная тишина, несмотря на открытую форточку, из которой всегда были слышны звуки города, даже в ночное время суток.

— Вот теперь ты готов, — продолжал звучать в голове всё тот же голос.

  Столяров вновь сделал попытку обернуться. Тело было лёгким и невесомым, но движения ему были всё так же неподвластны.

— Сейчас ты готов слушать меня, — назидательно продолжал транслировать мысли неизвестный, — но видеть меня тебе ещё рано. Всему своё время. Впрочем, — голос на мгновение замолчал, и Андрею даже почудилось, что говоривший улыбнулся, — надеюсь, ты уже почувствовал, что время — весьма относительное понятие. Но об этом как-нибудь потом. Сегодня тебе нужно выслушать меня очень внимательно. Для этого  я тебя и ввёл в это немного непривычное состояние.

  Голос вновь замолчал, давая слушателю проникнуться важностью момента.

 — Твоё тело все эти дни подготавливалось для нашей встречи. К сожалению, человеческий организм без специальной подготовки не способен выдержать такие мощные излучения, которые исходят от существ моего уровня. Неподготовленный, он просто сгорит в потоке радиации. По этой причине вы, люди, не можете напрямую общаться с Ангелами и Архангелами, и тем более, с Богами и Полубогами. Я не из тех и не из других, но у меня так же довольно сильное энергетическое поле, губительное для любого неподготовленного человека. Ты также ещё не совсем подготовлен к его восприятию, поэтому нам и пришлось замедлять время, чтобы не причинить тебе вреда. Очень скоро ты сможешь меня увидеть.
 
Ты уж извини, внучок, за всё, что тебе пришлось пережить в эти дни, но даже совершенно чистое тело, свободное от токсических веществ, требует тщательной многолетней подготовки, а ты своё загадил изрядно. Вот и пришлось тебе терпеть все эти ночи такие страдания. Но для тебя уже всё позади. Процесс очистки практически завершён, и все твои ночные кошмары вскоре прекратятся, и возможно, позабудутся.

 Андрей попытался задать вопрос, но язык, как и все остальные части тела, также был неподвластен его желаниям.
 — Не нужно вопросов, внучок. Всё, что тебе необходимо сегодня узнать, я скажу.

Сущность, которой принадлежал голос, легко угадывала его мысли.

 — Для чего всё это нужно, я расскажу позже. Сейчас ты должен знать вот что. Во-первых, чтобы ты не придумывал всякие нелепицы про инопланетян, скажу, что я твой далекий пращур, поэтому мне вовсе не нужны ни твои органы, ни твой разум. Я прихожу для того, чтобы помочь тебе. Во-вторых, твоя душа должна была войти в тело другого ребёнка, подготовленного к некой миссии, которую запланировал наш Род. При рождении произошёл небольшой энергетический сбой, и ты, то есть твоё сознание, попало в тело другого малыша. Как видишь, и на небесах бывают накладки, — в голосе опять зазвучали смешливые обертона, — однако всё оказалось не так страшно. Род, в который ты попал, также достаточно древний, вот только направление развития у него другое, но всё то, чему ты обучился и к чему стремился, нисколько не повредит, а может быть, даже и поможет тебе выполнить твоё истинное предназначение. В чём оно заключается, ты очень скоро узнаешь. Пока же тебе необходимо интенсивно подготавливать своё тело и ум к принятию новых знаний и умений, коими обладали твои далёкие предки из твоего Рода.

  Будто что-то вспоминая или обдумывая, голос замолчал. Наконец, после продолжительной тишины, он закончил:
 — Сейчас я уйду. Постарайся успокоиться и не переживать. Занимайся своими делами и жди следующих указаний. Да, — спохватился голос, как бы испугавшись, что не сказал что-то важное, — теперь ты будешь жить не один. Мы прислали к тебе помощника. Это милое, доброе существо — домовой по имени Казимир, и это он сейчас немного с тобой пошутил.
 
Снова улыбка.

 — Но ты не переживай. Он не вредный, и если шалит иногда, так только от скуки. Когда познакомитесь, и начнёшь загружать его работой, то баловаться ему будет некогда. Ну всё, мне пора, а тебе теперь нужно всю эту информацию тщательно обмозговать. Твои будущие мысли и чувства я знаю, предполагаю также множество вопросов и огромное сомнение в реальности нашей встречи. По этому поводу не переживай: всё, что происходит сейчас, более чем реально, а на вопросы со временем найдутся ответы. Ну вот, на сегодня у меня всё. Будь здрав, внучок.
 
Воцарилась тишина. Пытаясь что-то понять, Андрей ощутил, что время вновь изменило свои свойства. Вибрирующая перед глазами дымка исчезла, помещение наполнилось привычными звуками, а часы отсчитывали секунды в своём обычном ритме. Комната снова была, как обычно, светла и дружелюбна. Всё то, что происходило буквально несколько мгновений назад, теперь, как и предсказывал голос, казалось нереальным и фантастическим, и действительно вставал вопрос о психическом здоровье. Не было ли всё это первыми отголосками сумасшествия на фоне алкоголизма?
 
Андрей не торопясь встал, подошёл к окну и посмотрел во двор. Развернулся, и осмотрев пустую комнату, прошёлся по всем другим помещениям. Заглянув в ванную, он вспомнил, что так и не побрился. Провёл рукой по подбородку, ощутил жёсткость щетины. Ладно, это на данный момент не самое важное. Важным сейчас было понять, что же произошло: было ли всё на самом деле, или это только игра его воспалённого воображения. Если было на самом деле, то что это было? Кому принадлежал голос, и чего хотели от него? Какое предназначение? Что ещё за домовой такой, и зачем он ему нужен?
 
Вопросов было много, а вот ответов — пока что ни одного. Мелькнула мысль: “А сколько прошло времени?”. Быстрым шагом, словно боясь забыть о своём желании, направился в спальню, где стояли часы. Рывком развернул их к себе циферблатом. Время было пять часов вечера, то есть всё, что с ним произошло, длилось не больше минуты. “Но это же невозможно, такого не может быть”, — сопротивлялся мозг. “Но это так”, — уверяли глаза и рациональный ум, привыкший верить всему, что видит.
 
Вернувшись в зал, Андрей вновь присел на краешек кресла, и тут же с опаской оглянулся назад. Конечно же, ничего необычного там не обнаружил и, окончательно расслабившись, откинулся на спинку. В связи с услышанным, в памяти всплыли воспоминания детства.

* * *
  — Я тебе точно говорю! — Славка всегда пытался доказать, что он прав, иногда приводя в виде аргументов на ходу выдуманные небылицы. — Я сам слышал, как моя баба Вера рассказывала соседке, что в их доме, в селе, где она раньше жила, обитал домовой.

 — Так то ж в селе, — возразил Олег, — а я тебе говорю про город.
 
Андрей молча слушал словесную перепалку своих новых друзей. Он только недавно влился в их компанию, после переезда на новую квартиру. Это были ребята, проживающие в его дворе, и с которыми он учился в одной школе. Со Славкой Совенко он сидел за одной партой, а Олег Палкин был их ровесник, только учился в параллельном классе. Славка с Олегом дружили ещё с детства, а новый жилец долго присматривался, пока его одноклассник сам не решил взять дело в свои руки, и пригласил Столяра, как ребята называли Андрея, в свой небольшой коллектив. Тот не возражал, и с удовольствием принял предложение. Теперь все ребячьи дела они делали только втроём. Был и четвёртый человек в их компании — Сашка Горбунов, но он был немного старше, и часто пропадал где-то по своим, как он говорил, взрослым делам.
 
Вот и сейчас, усевшись на деревянных бортиках детской песочницы во дворе своего дома, они затеяли оживлённую дискуссию на эзотерическую тему.

— А я тебе говорю, что домовые везде живут. И в наших квартирах они тоже есть, — не унимался разгорячённый спором Славка.
— Вот у тебя, — продолжал он, теперь обращаясь к Андрею, — когда-нибудь мелкие вещи пропадали, ну там — ключи, брелки, игрушки?
 Андрей лишь неопределённо пожал плечами, ничего не ответив.
— Или вот, звуки какие- нибудь по ночам кто-нибудь слышал?
— Ага, слышали, как пьяный сосед, который над нами живёт, песни ночью орал, – ухмыльнулся Олег.
 
Не найдя поддержки у Столярова, Славка, обращаясь уже к обоим товарищам, продолжил:
 — А ещё баба Вера рассказывала, как домовой её ночью душил. Говорит, чувствую во сне, что задыхаюсь, а проснуться не могу. Вспомнила, как её когда-то учили, типа, если домовой душит, спросить надо: “К добру или к худу?” Так вот, спросила она, а он ей таким страшным голосом говорит: “К худу”. Так у неё через несколько дней её бабка померла. Вот!
 — Сказки всё это, — вновь скептически отозвался Олег, что-то рисуя небольшим кусочком сухой ветки на остатках песка в песочнице. — Бабулька твоя начиталась про леших, домовых, кикимор всяких, вот и придумывает истории, чтоб людей попугать, а ты уши развесил и веришь всему, что она говорит.

 Возникла тишина. Славка обиженно отвернулся, пытаясь придумать новые аргументы. Андрей, с интересом слушающий рассказ друга, ждал, чем же всё это закончится.
 — А ещё, — вдруг вспомнив какую-то подробность, продолжил неугомонный рассказчик, — домовой потерянные вещи найти может, если его попросить, и квартиру от воров охраняет. Вот к одним людям воры залезли в дом, начали электронику, драгоценности всякие собирать, а у них домовой жил. Хозяева ему уголок в комнате соорудили, туда ему угощения разные клали, молока в блюдечко наливали, игрушки всякие покупали, чтобы он ими играл, а их вещей, значит, чтобы не трогал.

 Так вот, только воры по квартире лазить начали, вещи раскидывать, тут-то домовой и рассердился. Тут он тако-о-о-е устроил, что мама не горюй. Кидаться начал предметами разными, бандюганов этих за волосы таскать, в общем, туши свет. Те — ноги в руки, и бежать. А хозяева когда увидели, что домовой квартиру от воров уберёг, так ему игрушечный домик купили, как для кошек продают, чтоб он там жил. Вот!" — торжественно подвёл итог своему повествованию Славка.

 — Это ты домового с полтергейстом спутал, — всё так же ни капли не веря своему товарищу, подал голос Олег. — Меньше фантастику читать нужно, да бабушек подслушивать. Лучше скажи мне, ты домашку по матемаше сделал?
 
Славка, окончательно расстроившись такому недоверию к своим правдивым и искренним рассказам, всё же не проигнорировал вопрос товарища, но вслух не ответил, а только кивнул в ответ.

 * * *
 
Звонок в дверь прозвучал, как выстрел. Андрей невольно вздрогнул, но мгновенно осознав происходящее, тут же успокоился, и пошёл открывать дверь. Щёлкнул незатейливый замок. В образовавшемся проёме двери возникло вечно улыбающееся лицо Славки. С тех детских лет он почти не изменился, лишь подрос чуток, а так всё тот же круглолицый толстячок-балагур. Он всегда излучал во внешний мир радость и добродушие. Теперь эта черта характера особенно проявлялась после употребления спиртного. Приняв небольшую дозу, он был готов обнимать любого знакомого и незнакомого человека, что порой приводило в недоумение тех, кто его не знал, но с которыми ему доводилось встречаться на различных дружеских посиделках. Славка с раннего возраста был весельчак и душа компании. Вот и сейчас в его добрых глазах читалась искренняя радость и от встречи с другом, и от принятой с утра “литрухи”, а может и не одной, пива. Довольно большой и широкий нос сейчас ещё больше раздувался, в такт тяжёлому дыханию. Другу пришлось затратить неимоверные усилия для того, чтобы подняться на третий этаж пятиэтажки, в которой жил Андрей. Физкультуру Славка никогда не любил. В школе всегда, когда была возможность, старался сбежать с ненавистного урока, поэтому сейчас на его высоком, с залысинами, лбу от такой нагрузки проступили капельки пота.
 
Лишь только дверь перед товарищем распахнулась, как тишина подъезда взорвалась жизнерадостным воплем:
— Папа Карло, ты куда пропал? К тебе ни дозвониться, ни добраться! – проголосил весело друг, рукавом стирая пот со лба.

Папой Карло Славка иногда в шутку называл Андрея из-за его профессии, так как этот сказочный персонаж, так же как и он, работал с древесиной.
 — Зарылся тут у себя и совсем о своих друзьях не вспоминаешь. Хорошо, что я о тебе помню, с самого утра звоню, вот только дозвониться не могу. Ты тут, случайно, не Буратино строгал, от нечего делать? — друг опять намекнул на всё того же сказочного героя, и развеселился ещё больше.
 
Несмотря на предъявляемые упрёки, Славка никогда не злился по-настоящему, и его лицо всегда излучало радость и дружелюбие. Ну что этому человеку сказать, как от него избавиться, когда на тебя смотрит пара таких добрых, доверчивых и преданных карих глаз? В руках у друга был пакет, в котором явно просматривались две флакуши пенистого напитка. “А почему бы и не выпить, — подумал Андрей. — Сегодняшний стресс, конечно, не мешало бы запить чем-то более крепким, но за неимением такового, сойдёт и пиво”. Хозяин квартиры отступил в сторону, пропуская гостя внутрь. Тот, переступив порог, поставил своё угощение на пол, и сняв кроссовки, уверенно зашагал на кухню, откуда сразу же раздался удивлённый свист. Андрей запер дверь и направился за другом.

— Чего свистишь? Денег не будет, — сказал он недоумённо озирающемуся вокруг гостю.
— Их и так никогда нет, — отвечал тот, всё ещё вертя головой по сторонам. — Не, ты чё, Столяр, приболел, или ждёшь кого? С какого перепугу ты тут всё вылизал?
 
Последнюю фразу друг произнёс, направляясь в соседнюю комнату, чтобы убедиться в своём страшном предположении: “А вдруг и там такая же чистота?” Догадка оказалась верной, и теперь он стоял, удивлённо и вопросительно глядя на товарища, ожидая от того исчерпывающего объяснения. Хозяин квартиры улыбался и ничего не говорил, он явно был доволен произведённым на друга впечатлением — хоть кто-то оценил его работу.

— Не. Стоит, лыбится. Я с кем сейчас разговариваю? — продолжал свой монолог неугомонный приятель. — А-а-а, — протянул он, — я всё понял, у тебя была тёлка! Давай, Андрюха, колись. Я её знаю?
 
Он заговорщически подмигнул с выражением на лице, которое так и кричало: “Вот я тебя, дружок, и раскусил!”. Продолжительное молчание могло показаться странным, поэтому Андрей обнял Славку за плечо, и направляя его в сторону кухни, спокойным голосом ответил:
 — Ну что ты тут понапридумывал. И не заболел я, и никого у меня не было, и не ожидается. Понимаешь, проснулся сегодня, и словно другими глазами на мир посмотрел. Посмотрел, до чего квартиру довёл, себя. Прикинул, во что я стал превращаться. Захотелось хоть что-то изменить, вот и напрягся немного.
 
Успокаивая друга, Андрей тем временем в обнимку довёл его до кухни, и усаживая на табуретку, стоящую возле стола, краем глаза заметил, как она беззвучно поехала в сторону от друга. Славка грузно опустился почти на самый её краешек. Удивился своей неосторожности, ведь ещё немного, и мог бы очутиться на полу; пододвинул табурет поближе, и вопросительно посмотрел на хозяина квартиры. Андрей не придал значения увиденному — мало ли что может померещиться, особенно сегодня. Не спеша достал из кухонного шкафа две большие чашки, поставил на стол, и быстро сходил в коридорчик за пакетом с пивом. Выставив одну двухлитровую флакушу на стол, сел с противоположной стороны, интуитивно нащупывая табурет рукой, чтобы убедиться в его наличии.
 
Выражение лица товарища, в предвкушении приятного застолья, вновь приобрело прежние добродушные черты, однако в голосе ещё звучала небольшая озабоченность и лёгкая тревога за друга.
— Не. Ты явно приболел. Ладно, наливай, лечиться будем. У меня от того, что здесь увидел, давление поднялось, и выветрилось всё, что я до этого выпил.
 
“Любопытно было бы посмотреть на тебя, если бы ты услышал и почувствовал всё то, что я сегодня пережил, — подумал Андрей. — У тебя не только бы пиво выветрилось, но и крыша сдвинулась”. Друг тем временем подвинул свою чашку ближе к хозяину квартиры и с нетерпением, громко глотая слюну, наблюдал, как тот вскрывает флакушку и, не спеша разливает содержимое по ёмкостям. Жидкость запенилась, и тоненькая струйка скользнула по чашке на стол, когда пивная шапка поднялась чуть выше краёв. Отхлебнули по глотку.

Андрей скривился и тут же выплюнул всё, что было во рту, снова в чашку.
— Блин, — выругался он, — уже и на пивзаводе начали воду вместо пива наливать.
— Ты чего? — Славка недоумевающе смотрел на друга. — Нормальное пиво, как всегда. Не с Баварской пивоварни, конечно, но пить можно.
 
Теперь уже Андрей непонимающе уставился на товарища.
— Какое нормальное? Ты совсем вкуса не различаешь, что ли? Пивом даже не пахнет.
Он взял чашку из Славкиных рук и сделал небольшой глоток. “Так и есть, тоже вода, — подумал он, "Дружок допился до вкусовых галлюцинаций — пиво от воды не отличает. А пена-то, правда, как натуральная”.

На этот раз он не стал выплёвывать жидкость в чашку, а подошёл к раковине и отправил в неё то, что было во рту и в посуде.
— Ну знаешь, – возмущённо протянул Славка, — ты явно заболел. Пойду-ка я домой, пока сам от тебя эту заразу не подцепил.
 
Он поставил начатую бутылку обратно в пакет и, огорчённый, вышел с кухни. Андрей подождал, пока тот обуется, и пошёл вслед за ним, чтобы запереть дверь. Гость больше ничего не говорил, но в глазах явно читались сожаление и сочувствие к приболевшему странной болезнью товарищу. Обиды не было: ”Что с больного возьмёшь?” Он вышел, тихо затворив за собою дверь.
— Вот и посидели, — с ухмылкой произнёс хозяин квартиры, — видимо, чудеса продолжаются. Вернувшись на кухню, он в задумчивости вымыл чашки и поставил их на место. И вдруг его осенило. Осмотрев пристальным взглядом помещение, присел, и нерешительно, словно опасаясь, что его может кто-то услышать, спросил:
— Казимир, ты здесь?
 
Прислушался. Опять в голове мелькнула мысль, не сходит ли он с ума.
—  Пиво — это твоя работа?

Некоторое время на кухне было тихо, и Столяров уже хотел было встать и уйти в другую комнату, как в правом от окна углу, над шкафом, довольно громко зашуршало, и послышался шлепок об пол, будто что-то не слишком тяжёлое спрыгнуло вниз. Будучи готовым к чему-либо необычному, Андрей всё же в глубине души надеялся, что ничего не произойдёт, а потому то ли удивился, то ли разочаровался, что его надежды не оправдались. А вот когда он услышал шлепки босых ног о линолеум, его глаза, что называется, полезли на лоб, на котором уже выступили капельки пота. Сопроводив взглядом звук шагов, протопавших мимо него, он увидел, как отодвинулась табуретка, на которой недавно сидел друг, и застыл, ожидая неизвестно чего.
— Закрой рот, а то муха залетит.
 
Спокойный, с чуть заметной хрипотцой старческий голос вовсе не успокоил Столярова, а наоборот, ввёл его в ещё большее замешательство.
 — Сам позвал, а теперь сидит, будто язык проглотил.
 
“Меня преследуют голоса”, — с грустью подумал Андрей. Вывод был хотя и не очень утешительный, но зато просто объясняющий всё происходящее.
 
Но тут над пустой табуреткой воздух начал сгущаться, превратившись в облако тумана. Из тумана проступили очертания человечка, а очертания вскоре уплотнились до реального небольшого лохматого существа с большими широко открытыми глазами. Глаза, не мигая, хмуро и пристально всматривались в хозяина квартиры, а тот, как загипнотизированный, смотрел в глаза существа.
 — Ох, и горе мне с этими современными атеистами, кубышки-катышки, – прервал недолгое молчание незнакомец, интонацией голоса продолжая показывать своё возмущение глупостью собеседника. — Не тупи, хозяин, не “белочка” я — реальный домовой.
 
Теперь Андрея разобрал неудержимый смех — так забавно и нелепо звучал современный жаргон в устах невиданного существа с окладистой бородой и голосом старика. Отсмеявшись, он почувствовал, что теперь может адекватно воспринимать всё происходящее. Дождавшись, пока человек угомонится, пришелец, всё так же не моргая, продолжил свой монолог:
 — Поживи с моё, дык ты тоже словечек наберёшься. Я ведь и на древнеславянском могу. Да только поймёшь ли ты?
 — Так значит, ты и есть домовой Казимир? — то ли утвердительно, то ли спрашивая, наконец ответил Андрей.
 — Ну, слава тебе, Боже. Заговорил наконец-то, кубышки-катышки. Я уж думал, мы с тобой до утра переглядываться будем и в молчанку играть. Да, я Казимир. Давай, спрашивай, чего хотел.
 
Хозяин квартиры уже пришёл в себя, и теперь мог спокойно вести этот необычный диалог.
 — Ты мне скажи, — начал он, — Это твои проделки с пивом были? И с табуреткой, — тут же добавил он, вспомнив уезжающую из-под Славки опору.
 — Ну, мои, — буркнул собеседник.
 — А зачем ты всё это делал?
 — Тот, кто с тобой сегодня говорил, приказал последить за тем, чтобы ты не употреблял алкоголь.
 — Блин. И почему это я не могу в свой выходной выпить бокал пива? — Возмутился Столяров.
 — Эх, молодёжь, молодёжь, — грустно выдохнул домовой, — знали бы вы, что творите с собой, когда пьёте эту гадость.
 
Гость скривился так, будто реально выпил чего-то такого мерзкого, от чего его собиралось вытошнить. Его морщинистое лицо — единственная часть тела, оставшаяся без волосяного покрова — очень живо мимически отражало всё внутреннее состояние существа.
 — И это я не говорю о том, как влияет эта отрава, кубышки-катышки, на ваше тело. Ему, бедолаге, конечно, тоже вредит, но я сейчас толкую о более серьёзных вещах, о которых вы даже не подозреваете. Знаешь ли ты, что при рождении сознание этого крохотного существа, в отличие от вас, взрослых, полностью открыто для принятия высоких Божественных энергий. В это время дитя ещё чувствует всю Вселенную, ощущает её дыхание, понимает её законы. Через открытый родничок на темени слышит голос Бога, голоса предков, а глазами видит то, что взрослые видеть не могут.
 
Казимир покрутил головой во все стороны и, не удовлетворившись результатами осмотра, сказал:
 — Я вот что-то не вижу у тебя ничего вкусного. У тебя печенюшки какой-нибудь не найдётся, или пряничка с мёдом? — сейчас его голос напомнил Андрею Карлсона, известного мультяшного персонажа, когда тот спрашивал у Малыша про варенье.
 
Сочувственно, и как бы извиняясь, хозяин пожал плечами и, разведя руками в стороны, покрутил головой.
 — Увы, ничего.
 Домовой тяжело вздохнул и продолжил:
 — Так вот, со временем родничок у ребёнка зарастает, и с каждым годом он всё слабее слышит подсказки свыше. Когда становится взрослее, современное воспитание и современное обучение ещё больше ухудшают эту связь, а ближайшее окружение малыша, особенно родители, с детских лет старательно вдалбливают ему свои стереотипы, и формируют совершенно искажённую картину мира. Особенно если у самих родителей эта картина извращена до неузнаваемости.
 
Поучительные слова этого лохматого существа, которое Андрей видел сегодня впервые в жизни, звучали и забавно, и в то же время почему-то заставляли глубоко задуматься. Непонятно откуда появилось чувство вины перед этим человечком за свою недавнишнюю жизнь.
— Так вот, — продолжал учить уму-разуму домовой, — последней каплей, в прямом смысле этого слова, в обрезании связи с Космосом становится первый приём алкоголя. Один раз попав в организм, это бесовское зелье, кубышки-катышки, обрывает все Божественные связи, почитай, на три года! Через три года контакт, конечно, восстановится, но только если человек за всё это время не возьмёт в рот ни капли спиртного. Только сам понимаешь, такое разве бывает? — Лицо собеседника помрачнело. — Выпив раз, человек пьёт ещё и ещё. На праздники, на поминки, по поводу и без повода - какие уж там три года.
 
Рассказчик замолчал. Поёрзал гладкой шерстью по скользкой поверхности кухонной табуретки из стороны в сторону и, побаловавшись так немного, завершил свою речь.
 — Ты, хозяин, не серчай на меня, я ведь как лучше хочу, кубышки-катышки. Так что прости, если что не так.
 — Ладно, проехали, — ответил Столяров, и поднявшись, пошёл к плите, чтобы набрать из чайника воды. От всех сегодняшних событий и той информации, которую он получил за весь день, мозги, что называется, закипали. В горле пересохло и начинало першить.
 
Отпив пару глотков, будто что-то вспомнив, быстро опустил чашку и спросил, оборачиваясь:
 — А правда, что домовой дом охраняет? — Вопрос прозвучал в пустоту, так как в комнате уже никого не было.
 — Не переживай, хозяин, присмотрю я за квартиркой, она ведь теперь и моя, — голос был слышен уже откуда-то из-за шкафа.
 
Андрей допил воду. Ещё раз взглянул на табуретку. Убедился, что она действительно пуста, и вновь перевёл взгляд на шкаф возле окна, в проёме которого были видны последние лучи садящегося за горизонт солнца. Наступал вечер, который естественно сменится ночью. Что она принесёт на этот раз?
 
Время прошло незаметно. Планета не изменила свой ритм вращения, и ночь пришла, не изменив своего расписания, невзирая на все сегодняшние события. Сон также пришёл на удивление быстро. Насыщенность прошедшего дня дала о себе знать. Даже появляющееся каждый вечер волнение о том, что ночью может произойти что-то неприятное, не смогло побороть навалившуюся на Андрея усталость.

Глава 4

Мнение редакции может не совпадать с мнениями авторов статей

Если вы нашли ошибку в тексте, напишите нам об этом в редакцию

Поделиться в Социальных сетях с друзьями:
363
Понравилась ли вам статья?
5 - (проголосовало: 2)Голосовать могут только зарегистрированные
и не заблокированные пользователи!
Вас могут заинтересовать другие выпуски с похожими темами
 
Миссия. Начало пути. Глава 1Миссия. Начало пути. Глава 2Миссия. Начало пути. Глава 4

Народное Славянское радио

Это первое в истории Славянского Мира некоммерческое "Народное Славянское радио", у которого НЕТ рекламодателей и спонсоров, указывающих, что и как делать.

Впервые, команда единомышленников создала "радио" основанное на принципах бытия Славянской Державы. А в таковой Державе всегда поддерживаются и общинные школы, и здравницы, общественные сооружения и места собраний, назначенные правления, дружина и другие необходимые в жизни общества формирования.

Объединение единомышленников живёт уверенностью, что только при поддержке народа может существовать любое Народное предприятие или учреждение. Что привнесённые к нам понятия "бизнес" и "конкуренция", не приемлемы в Славянском обществе, как разрушающие наши устои. Только на основах беЗкорыстия и радения об общественном благе можно создать условия для восстановления Великой Державы, в которой будут процветать Рода и Народы, живущие по Совести в Ладу с Природой. Где не будет места стяжательству, обману, продажности и лицемерию. Где для каждого человека будут раскрыты пути его совершенствования.

Пришло время осознанности и строительства Державы по правилам Славянского МИРА основанных на заветах Предков. "Народное Славянское радио" - это маленькая частица огромной Державы, оно создано для объединения человеков, для коих суть слов Совесть, Честь, Отчизна, Долг, Правда и Наследие Предков являются основой Жизни.

Если это так, то для Тебя, каждый час на "Народном Славянском радио" хорошие песни, интересные статьи и познавательные передачи. Без регистрации, абонентской платы, рекламы и обязательных сборов.

Наши соратники

родобожие русские вести родович славянская лавка сказочное здоровье белые альвы крестьянские продукты Портал Велеса ИСКОНЬ - АНО НИОИС