Колодар
Как сказывали наши Деды
Народная лавка
На все лады
Присоединяйся к нам
Приглашаем видеомастеров

Песнь о Гайавате. Часть 19

Песнь о Гайавате. Часть 19

Автор: Генри Уодсворт Лонгфелло
Перевод на русский: И.А. Бунин*
Начало здесь...

ПРИВИДЕНИЯ

 
   Никогда хохлатый коршун
   Не спускается в пустыне
   Над пораненным бизоном
   Без того, чтоб на добычу
   И второй не опустился;
   За вторым же в синем небе
   Тотчас явится и третий,
   Так что вскорости от крыльев
   Собирающейся стаи
   Даже воздух потемнеет.
 
   И беда одна не ходит;
   Сторожат друг друга беды;
   Чуть одна из них нагрянет, -
   Вслед за ней спешат другие
   И, как птицы, вьются, вьются
   Черной стаей над добычей,
   Так что белый свет померкнет
   От отчаянья и скорби.
 
   Вот опять на хмурый север
   Мощный Пибоан вернулся!
   Ледяным своим дыханьем
   Превратил он воды в камень
   На реках и на озерах,
   С кос стряхнул он хлопья снега,
   И поля покрылись белой,
   Ровной снежной пеленою,
   Будто сам Владыка Жизни
   Сгладил их рукой своею.
 
   По лесам, под песни вьюги,
   Зверолов бродил на лыжах;
   В деревнях, в вигвамах теплых,
   Мирно женщины трудились,
   Молотили кукурузу
   И выделывали кожи;
   Молодежь же проводила
   Время в играх и забавах,
   В танцах, в беганье на лыжах.
 
   Темным вечером однажды
   Престарелая Нокомис
   С Миннегагою сидела
   За работою в вигваме,
   Чутко слушая в молчанье,
   Не идет ли Гайавата,
   Запоздавший на охоте.
 
   Свет костра багряной краской
   Разрисовывал их лица,
   Трепетал в глазах Нокомис
   Серебристым лунным блеском,
   А в глазах у Миннегаги -
   Блеском солнца над водою;
   Дым, клубами собираясь,
   Уходил в трубу над ними,
   По углам вигвама тени
   Изгибалися за ними.
 
   И открылась тихо-тихо
   Занавеска над порогом;
   Ярче пламя запылало,
   Дым сильней заволновался -
   И две женщины безмолвно,
   Без привета и без зова,
   Чрез порог переступили,
   Проскользнули по вигваму
   В самый дальний, темный угол,
   Сели там и притаились.
 
   По обличью, по одежде
   Это были чужеземки;
   Бледны, мрачны были обе,
   И с безмолвною тоскою,
   Содрогаясь, как от стужи,
   Из угла они глядели.
 
   То не ветер ли полночный
   Загудел в трубе вигвама?
   Не сова ли, Куку-кугу,
   Застонала в мрачных соснах?
   Голос вдруг изрек в молчанье:
   "Это мертвые восстали,
   Это души погребенных
   К вам пришли из Стран Понима,
   Из страны Загробной Жизни!"
 
   Скоро из лесу, с охоты,
   Возвратился Гайавата,
   Весь осыпан белым снегом
   И с оленем за плечами.
   Перед милой Миннегагой
   Он сложил свою добычу
   И теперь еще прекрасней
   Показался Миннегаге,
   Чем в тот день, когда за нею
   Он пришел в страну Дакотов,
   Положил пред ней оленя,
   В знак своих желаний тайных,
   В знак своей любви сердечной.
 
   Положив, он обернулся,
   Увидал в углу двух женщин
   И сказал себе: "Кто это?
   Странны гостьи Миннегаги!"
   Но расспрашивать не стал их,
   Только с ласковым приветом
   Попросил их разделить с ним
   Кров его, очаг и пищу.
 
   Гостьи бледные ни слова
   Не сказали Гайавате;
   Но когда готов был ужин
   И олень уже разрезан,
   Из угла они вскочили,
   Завладели лучшей долей,

   Долей милой Миннегаги,
   Не спросясь, схватили дерзко
   Нежный, белый жир оленя,
   Съели с жадностью, как звери,
   И опять забились в угол,
   В самый дальний, темный угол.
 
   Промолчала Миннегага,
   Промолчал и Гайавата,
   Промолчала и Нокомис;
   Лица их спокойны были.
   Только Миннегага тихо
   Прошептала с состраданьем,
   Говоря: "Их мучит голод;
   Пусть берут, что им по вкусу,
   Пусть едят, - их мучит голод".
 
   Много зорь зажглось, погасло,
   Много дней стряхнули ночи,
   Как стряхают хлопья снега
   Сосны темные на землю;
   День за днем сидели молча
   Гостьи бледные в вигваме;
   Ночью, даже в непогоду,
   В ближний лес они ходили,
   Чтоб набрать сосновых шишек,
   Чтоб набрать ветвей для топки,
   Но едва светало, снова
   Появлялися в вигваме.
 
   И всегда, когда с охоты
   Возвращался Гайавата,
   В час, когда готов был ужин
   И олень уже разрезан,
   Гостьи бледные бесшумно
   Из угла к нему кидались,
   Не спросясь, хватали жадно
   Нежный, белый жир оленя, -
   Долю милой Миннегаги, -
   И скрывались в темный угол.
 
   Никогда не упрекнул их
   Даже взглядом Гайавата,
   Никогда не возмутилась
   Престарелая Нокомис,
   Никогда не показала
   Недовольства Миннегага;
   Все они терпели молча,
   Чтоб права святые гостя
   Не нарушить грубым взглядом,
   Не нарушить грубым словом.
 
   В полночь раз, когда печально
   Догорал костер, краснея,
   И мерцал дрожащим светом
   В полусумраке вигвама,
   Бодрый, чуткий Гайавата
   Вдруг услышал чьи-то вздохи,
   Чьи-то горькие рыданья.
 
   С ложа встал он осторожно,
   Встал с косматых шкур бизона
   И, отдернувши над ложем
   Из оленьей кожи полог,
   Увидал, что это Тени,
   Гостьи бледные, вздыхают,
   Плачут в тишине полночной.
 
   И промолвил он: "О гостьи!
   Что так мучит ваше сердце?
   Что рыдать вас заставляет?
   Не Нокомис ли вас, гостьи,
   Ненароком оскорбила?
   Иль пред вами Миннегага
   Позабыла долг хозяйки?"
 
   Тени смолкли, перестали
   Горько сетовать и плакать
   И сказали тихо-тихо:
   "Мы усопших, мертвых души,
   Души тех, что жили с вами;
   Мы пришли из Стран Понима,
   С островов Загробной Жизни,
   Испытать вас и наставить.
 
   Вопли скорби достигают
   К нам, в Селения Блаженных:
   То живые погребенных
   Призывают вновь на землю,
   Мучат нас бесплодной скорбью;
   И вернулись мы на землю,
   Но узнали скоро, скоро,
   Что везде мы только в тягость,
   Что для всех мы стали чужды:
   Нет нам места, - нет возврата
   Мертвецам из-за могилы!
 
   Помни это, Гайавата,
   И скажи всему народу,
   Чтоб отныне и вовеки
   Вопли их не огорчали
   Отошедших в мир Понима,
   К нам, в Селения Блаженных.
 
   Не кладите тяжкой ноши
   С мертвецами в их могилы -
   Ни мехов, ни украшений,
   Ни котлов, ни чаш из глины, -
   Эта ноша мучит духов.
   Дайте лишь немного пищи,
   Дайте лишь огня в дорогу.
 
   Дух четыре грустных ночи
   И четыре дня проводит
   На пути в страну Понима;
   Потому-то и должны вы
   Над могилами усопших
   С первой ночи до последней
   Жечь костры неугасимо,
   Освещать дорогу духам,
   Озарять веселым светом
   Их печальные ночлеги.
 
   Мы идем, прости навеки,
   Благородный Гайавата!
   И тебя мы искушали,
   И твое терпенье долго
   Мы испытывали дерзко,
   Но всегда ты оставался
   Благородным и великим.
   Не слабей же, Гайавата,
   Не слабей, не падай духом:
   Ждет тебя еще труднее
   И борьба и испытанье!"
 
   И внезапно тьма упала
   И наполнила жилище,
   Гайавата же в молчанье
   Услыхал одежды шорох,
   Услыхал, что кто-то поднял
   Занавеску над порогом,
   Увидал на небе звезды
   И почувствовал дыханье
   Зимней полночи морозной,
   Но уже не видел духов,
   Теней бледных и печальных
   Из далеких Стран Понима,
   Из страны Загробной Жизни.

Продолжение следует...

* И. А. Бунин перевел «Песнь о Гайавате» на русский язык, за что (вместе с книгой «Листопад») в 1903 году получил Пушкинскую премию. Его перевод до сих пор считается непревзойденным. Впервые была напечатана в газете «Орловский Вестник» в 1896 г. В конце того же года типография газеты издала «Песнь о Гайавате» отдельной книгой.

Поделиться в Социальных сетях с друзьями:
111
Понравилась ли вам статья?
Голосовать могут только зарегистрированные
и не заблокированные пользователи!
Вас могут заинтересовать другие выпуски с похожими темами
 
3 сентября - Фаддей и Василиса ЛьняницаСтраницы родной поэзии. Выпуск 1. Игорь Иванович КобзевСтраницы родной поэзии. Выпуск 2. Владимир Семёнович Высоцкий

Народное Славянское радио

Это первое в истории Славянского Мира некоммерческое "Народное Славянское радио", у которого НЕТ рекламодателей и спонсоров, указывающих, что и как делать.

Впервые, команда единомышленников создала "радио" основанное на принципах бытия Славянской Державы. А в таковой Державе всегда поддерживаются и общинные школы, и здравницы, общественные сооружения и места собраний, назначенные правления, дружина и другие необходимые в жизни общества формирования.

Объединение единомышленников живёт уверенностью, что только при поддержке народа может существовать любое Народное предприятие или учреждение. Что привнесённые к нам понятия "бизнес" и "конкуренция", не приемлемы в Славянском обществе, как разрушающие наши устои. Только на основах беЗкорыстия и радения об общественном благе можно создать условия для восстановления Великой Державы, в которой будут процветать Рода и Народы, живущие по Совести в Ладу с Природой. Где не будет места стяжательству, обману, продажности и лицемерию. Где для каждого человека будут раскрыты пути его совершенствования.

Пришло время осознанности и строительства Державы по правилам Славянского МИРА основанных на заветах Предков. "Народное Славянское радио" - это маленькая частица огромной Державы, оно создано для объединения человеков, для коих суть слов Совесть, Честь, Отчизна, Долг, Правда и Наследие Предков являются основой Жизни.

Если это так, то для Тебя, каждый час на "Народном Славянском радио" хорошие песни, интересные статьи и познавательные передачи. Без регистрации, абонентской платы, рекламы и обязательных сборов.

Наши соратники

родобожие мудра русские вести родович славянская лавка сказочное здоровье белые альвы крестьянские продукты народное управлениеПортал Велеса