Разговор с Высоцким

В динамиках твой хриплый голос слышу, —
Пульсирует в гитарных струнах боль.
Он за года не стал, Владимир, тише, —
Давай поговорим, поэт, с тобой.

Ты не ответишь, так меня послушай,
Мои слова пусть до тебя дойдут, —
Ты пел, свою, поэт, терзая душу,
А я пишу, надеясь, что прочтут.

Ты нервом стал и Совестью народа,
Который строил БАМ и ДнепроГЭС,
Ведь сам ты был одной же с ним породы,
И звёзд сначала не хватал с небес.

Ты не боялся славы и амбиций, —
Творил, писал, играл в кино и пел,
И не хотел, как Гамлет твой, забыться, —
Ты жизнь любил, и многое успел.

Я чувствовал — тебе везде есть дело, —
Ты горизонты рвал, презрев запрет, —
До края, до последнего предела,
И волком за флажки, — преграды нет.

Жаль, не было в Союзе Интернета,
Когда ты пел, когда здесь Сильным стал.
Не знал тогда ты многие секреты, —
Немудрено, ведь весь народ не знал.

Теперь известно, кто мы и откуда,
Известно всё, и кто наш главный враг —
Система та, где правят бал иуды,
Себя обезопасив кучей врак.

Но многие не знают и поныне,
Не интересен им такой расклад,
А что теперь творится в Украине,
Узнать и ты навряд ли был бы рад.

Я представляю голос твой хрипатый,
Которым ты свои все песни пел,
Которым говорил: «Теперь Горбатый!», —
Как если б ты об этом спеть успел.

Пишу я не к твоей печальной дате, —
По зову сердца, как ты душу рвал.
Ты начал бой простым, поэт, солдатом,
А умирал уже как генерал.

Тебя на наркоту и на бутылку, —
Им проще было так тебя сгубить,
Ведь не сажать же им тебя в Бутырку,
И не банально застрелить, убить.

Пишу и я о том, что будоражит,
Расшевелить ослабшие умы, —
Пишу о многом, о запретном даже,
О том, чего не знали раньше мы.

И я для них по-своему опасен, —
Есть Знания, знакома Совесть, Честь.
В одном с тобой, Владимир, не согласен —
Ведь Лукоморье* наше всё же есть.

 

28.07.2026