Не такой. Книга первая / Не такой. Книга вторая / Не такой. Книга третья
Не такой 4. Глава 9 / Не такой 4. Глава 10
Город Москва, май 1972 года.
Самолёт авиакомпании «Люфтганза» из столицы ФРГ, города Берлина, приземлился в аэропорту «Домодедово» в одиннадцать часов сорок минут. Кроме прочих пассажиров, прибывших в столицу великой державы, была и группа туристов в количестве пятнадцати человек. Таможенный досмотр проходил в этот раз более тщательно, чем обычно. Это объяснялось тем, что в Москве с официальным визитом пребывал американский президент Ричард Никсон. Аэропорт, как и вся столица Советского Союза, был украшен советскими и американскими флагами, в киосках Союзпечати, в прессе на первом плане были представлены статьи о том, что приезд американского президента стал символом разрядки напряжённости между двумя государствами.
После прохождения таможни, немецких туристов встретила женщина лет тридцати пяти с аккуратными светлыми кудряшками на голове. На ней был строгий деловой костюм серого цвета, а на плече висела сумка с надписью «Интурист». Женщина представилась Людмилой и являлась гидом-переводчиком, приставленным специально для этой группы. После знакомства граждане ФРГ, под её руководством, сели в туристический автобус, который отвёз их на улицу Горького в гостиницу «Интурист». Это была новенькая гостиница, запущенная в эксплуатацию всего лишь два года назад и предназначавшаяся исключительно для проживания граждан иностранных государств. Как только все хлопоты по размещению в номерах были завершены, Людмила сопроводила туристов в ресторан. После сытного обеда к гиду подошла молодящаяся женщина пенсионного возраста с иссиня-чёрными волосами. Лицо немки было покрыто толстым слоем пудры, а большой крючковатый нос делал её похожей на сказочную Бабу-Ягу. Женщина была худа, что, в принципе, было вполне свойственно многим немкам её возраста.
— Вы не подскажете, какое на сегодня у нас расписание? — поинтересовалась брюнетка у переводчицы.
— Простите, фрау…
— Шефер. Барбара Шефер.
— Сегодня, фрау Шефер, мы предоставляем вам возможность ознакомиться с гостиницей и её ближайшими окрестностями, а завтра у нас всё будет по расписанию, которое мы вам предоставили. С утра вас ждёт первая экскурсия по историческим местам города. И у меня убедительная просьба, — добавила переводчица, — пожалуйста, не отходите далеко от гостиницы, вы же видели, что сейчас происходит в городе?..
— Да-да, конечно. Спасибо, фрау Людмила.
— В случае каких-либо вопросов или при другой необходимости звоните по телефону, номер которого записан в туристической программке.
— Да, непременно, — скривилась в улыбке Шефер, — Я это учту.
Она с ещё двумя мужчинами-соотечественниками поднялась на лифте на четвёртый этаж, где каждый уединился в своём номере. Ни один из них ею не заинтересовался, чему женщина нисколько не удивилась, так как её «чары» действовали не на всех подряд, а очень даже избирательно. Вот, например, её шеф, как сказали бы русские, души в ней не чаял. Впрочем, она сюда прибыла вовсе не для того, чтобы кого-либо очаровывать. Не привлекать к себе особого внимания для агента ЦРУ было сейчас гораздо важнее. Потому и оделась она довольно неброско: в брючный костюм серого цвета и скромную светлую блузку. Брюки сейчас были в обиходе не только у западных женщин, но и в СССР тоже, поэтому такой стиль одежды никому не бросался в глаза.
Андерсон, а в данный момент гражданка ФРГ Шефер, вошла в номер и, оглядев комнату профессиональным взглядом, быстро направилась к окну. Небрежно отдёрнув в сторону тюль, она распахнула одну створку. В помещение, вместе с тёплым майским ветерком, тут же ворвался шум большого города. Оставшись одна, Андерсон, наконец, позволила себе немного расслабиться. Маска очарованной новыми впечатлениями туристки, царившая на её лице, теперь сменилась раздражением. Она была очень недовольна поспешностью, с которой её отправили в Советский Союз. «Конечно, это всё Клейтон, — размышляла женщина, уставившись немигающим взглядом в окно. — Но и Майкл тоже хорош…» Когда Филлипс сообщил о внезапной командировке, Андерсон пыталась убедить его, что может сделать всё необходимое спокойно, без лишних телодвижений и, не выходя из кабинета. Хорошей ведьме достаточно иметь лишь фото жертвы, чтобы провести необходимый ритуал. Конечно, пришлось бы немного подождать, пока порча, или, по-научному, энергетический пробой, сделает своё чёрное дело. Но болезнь, вызванная таким вот способом, не лечится никакими лекарствами, а потому рано или поздно этот самый агент с псевдонимом Мастер, как говорят русские, дал бы дуба. Но им, видите ли, нужно всё сделать быстро. Ну а для этого, конечно, желательно иметь личный контакт с объектом. Пожалуй, единственным оправданием этой скоропалительной командировки можно было считать то, что в данный момент в том же самом городе должен находиться Ветеран, с которым у Саманты Андерсон были свои счёты.
— Сэт ин ванз вайз[1], — нервно сжав тонкие губы, пробормотала женщина, имея ввиду своего шефа Майкла Филлипса, и с опаской посмотрела по сторонам.
То, что в таких вот учреждениях, предназначенных для иностранцев, стоят прослушивающие устройства, Андерсон знала наверняка. Для того, чтобы в этом убедиться не нужно быть шпионкой. Главная её сила, конечно же, была в магических способностях. «Жучок», обнаруженный Самантой за небольшой репродукцией картины «Утро в сосновом лесу», она трогать не стала — незачем показывать, что ты разбираешься в таких вещах. А ещё она не сомневалась в том, что их скромная с виду переводчица-гид также состоит на службе в Кэй Джи Би.
Постояв немного у окна и глядя на снующих по улице Горького машины и пешеходов, Андерсон немного успокоилась. Она не спеша приняла ванну, после чего, переодевшись в футболку и джинсы, спустилась на первый этаж. Отдав ключи от номера симпатичной девушке-портье, женщина вышла из здания гостиницы на улицу. Город был переполнен милицейскими патрулями, что немного напрягало и раздражало агента ЦРУ. Телефон-автомат Андерсон нашла быстро. Проработав до этого несколько лет в роли секретаря советника при посольстве в Москве, она успела очень хорошо её изучить. С тех пор здесь почти ничего не изменилось, хотя к приезду Никсона город заметно почистили и привели в праздничный вид. Положив в прорезь монетоприёмника заранее приготовленную монету, женщина набрала номер, который держала в своей памяти. Когда на противоположном конце провода взяли трубку, монетка провалилась внутрь таксофона, пополнив бюджет ненавистной ей страны ещё на две копейки.
— Алло, добрый день, — поздоровалась Саманта Андерсон на английском языке с явным нью-йоркским акцентом.
— Добрый день, — ответил ей приятный мужской голос.
— Я хотела бы поговорить с мистером Роджером Кларком.
— Да, я вас слушаю.
— Моя фамилия Шефер… Я хотела бы встретиться с вами сегодня.
— Да, фрау Шефер, меня предупредили о вашем приезде. В какой гостинице вы остановились?
— Интурист…
Договорившись о месте и времени встречи, Андерсон, пренебрегая рекомендациями переводчицы, прошлась до станции метро «Проспект Маркса». Там она села на поезд и, проехав всего одну остановку, вышла на «Горьковской». Хвоста за собой Саманта не обнаружила, поэтому уже более спокойно направилась в сторону кинотеатра «Россия». Ещё к первомайским праздникам на Пушкинской площади включили фонтаны, поэтому, чтобы мелкие капли не попали на макияж, женщине пришлось держаться подальше от воды. К вечеру на площади, а особенно у кинотеатра, было многолюдно. Если бы не большое количество сотрудников правоохранительных органов, то это обстоятельство было ей вполне на руку. Когда вокруг много народа, в случае непредвиденной ситуации можно было легко затеряться в толпе. Впрочем, ничего непредвиденного не могло произойти с опытной шпионкой, да к тому же ведьмой. Андерсон очень тонко чувствовала, когда кто-то вдруг начинал уделять ей повышенное внимание, и умела легко пресечь появившийся вдруг интерес.
Подойдя к лестнице, перекинутой через автомобильный проезд, Саманта бросила небрежный взгляд на афишу. В одном из крупнейших кинотеатров Москвы в эти дни шла премьера неизвестного ей фильма «Телеграмма».
— Фрау Шефер? — окликнули её сзади. Женщина обернулась.
На неё смотрел мужчина в светлом костюме, с лицом, напоминающим киноактёра Марчелло Мастроянни, только немного моложе и, пожалуй, пониже ростом. Перед вылетом в ФРГ, откуда Андерсон уже с новой легендой должна была попасть в Советский Союз, Филлипс показывал ей фотографии резидента. С ним ей предстояло встретиться для получения дополнительных данных о Мастере. Уже тогда она заметила его сходство с любимым актёром. Саманта чуть заметно кивнула, и они неспешно отошли немного в сторону от лестницы.
— Мистер Кларк, — обратилась она к резиденту на английском языке, когда рядом никого не было. — Надеюсь, вас поставили в известность, что мне нужно?
— Да, фрау Шефер.
— Вы принесли?
— Несомненно, — улыбнулся одними губами Кларк и протянул небольшой томик стихов Пушкина. — Здесь всё, что вы просили… — Выполнив свою миссию, мужчина, тем не менее, не спешил уходить. По его лицу было заметно, что у него остались ещё какие-то вопросы.
— Вы хотите ещё что-то спросить? — поинтересовалась Андерсон, пряча книгу в сумку.
— Нет, то есть, э-э-э… да, — резидент немного смутился.
— Смелее, мистер Кларк, — приободрила Саманта, беря мужчину под руку и увлекая вдоль по аллее. — Для меня нет неудобных вопросов.
— Да, конечно…
— Итак?!
— Видите ли, мне известно о ваших, э-э-э… необычных способностях.
— Пожалуй, это уже ни для кого не секрет, — скривила в натянутой улыбке накрашенные розовой помадой губы Андерсон. Они не спеша двигались по направлению к памятнику Пушкину.
— Скажите, фрау Шефер, не могли бы вы оказать нам небольшую услугу.
— Объясните, что вы хотите конкретно, а я уже скажу: смогу или не смогу.
— Понимаете, есть один генерал в Кей Джи Би, который очень нам, скажем так, неудобен.
— И что вы хотите от меня?
— Не могли бы вы при помощи своего, э-э-э… дара, как-то его нейтрализовать?
— То есть, я так понимаю, просто взять и шлёпнуть его вы не можете? — ухмыльнулась Андерсон.
— Понимаете, к сожалению, это сопряжено с некоторыми трудностями…
— У него хорошая охрана?
— Не совсем так, фрау Шефер… — немного сконфузился Кларк.
— Ну, хорошо. У вас с собой имеется фото этого генерала?
Резидент достал из бокового кармана пиджака небольшую фотокарточку и, будто невзначай оглянувшись по сторонам, показал своей спутнице. Та бросила на неё быстрый взгляд и тут же, словно ей вместо фото подсунули мерзкую склизкую жабу, оттолкнула руку мужчины. Тот, испугавшись такой реакции, немедленно спрятал снимок назад, а Саманта немного осипшим от волнения голосом произнесла:
— Не советую.
— Простите, что вы сказали?
— Не советую вам связываться с этим человеком, мистер Кларк.
— Вы что-то о нём знаете? — спросил тот, стараясь придать лицу безмятежное выражение.
— Я знала его ещё тогда, когда он был полковником… Генерал Самойлов? Ведь так?
— Совершенно верно. Но…
— Так вот, я вам ещё раз повторяю: не нужно пытаться его «нейтрализовывать». Это может плохо для вас кончиться. И для меня тоже, — добавила Андерсон, — если я попробую применить против него свой «дар». Чтобы у вас не возникло больше вопросов, я вам поясню, — женщина взглянула на бронзового поэта, стоящего к ним спиной и одетого не по сезону в длинный плащ, и продолжила:
— У этого человека очень серьёзная защита.
— Но я же сказал, что у него нет никакой охраны.
— Вы очень примитивно мыслите, мистер Кларк. Как раз охрана и есть самая настоящая фикция. Вы помните, сколько у Джона Кеннеди было этих охранников? И скажите, разве это уберегло его от пули? У русского генерала защита иного рода, с которой даже я не хочу связываться.
— Но…
— Никаких «но», мистер Кларк. Прислушайтесь к моим словам, если не хотите встретить старость в приюте для калек. Худшего варианта, я даже не берусь предположить…
Здесь Андерсон немного недоговаривала. Она-то прекрасно понимала, что такое колдовская защита, а главное — что такое колдовская обратка, которая обязательно прилетит в случае попытки воздействовать на тонкие тела защищённого специальными обрядами человека. Это своего рода дубинка, которая, срикошетив от жертвы, так долбанёт по твоей собственной голове, что мало не покажется. Саманта, конечно, перед тем как нападать, тоже непременно поставила бы себе магическую защиту. Вот только тогда получится какой-то бессмысленный пинг-понг, когда шарик просто перескакивает от одного человека к другому, не причиняя никому никакого вреда. И продолжаться всё это будет до тех пор, пока у кого-нибудь из них не появится в защите хотя бы малейшая брешь.
Объяснять все эти тонкости Кларку, который, несомненно, не имел ни малейшего представления о магии, Андерсон не стала.
— Если вы рекомендуете… — неуверенно произнёс тот.
— Единственное, что в вашей ситуации я могу посоветовать, мистер Кларк, — женщина на некоторое время умолкла, дожидаясь, пока два молодых милиционера уйдут подальше. — Так это если уж вам так мешает этот человек, просто найдите каких-нибудь морально опустившихся личностей, готовых за бутылку русской водки покалечить или даже убить любого, на кого вы покажете пальцем. Кстати, с криминальными личностями вам тоже не нужно связываться — очень, знаете ли, ненадёжный контингент.
— Что ж, я учту ваши пожелания, фрау Шефер. Тогда разрешите откланяться.
— До свидания, мистер Кларк, — улыбнулась ему Андерсон.
У мужчины от этой улыбки по спине пробежали мурашки, и он поспешил ретироваться. Саманта, пройдя по площади и ещё раз взглянув в лицо задумчивому поэту, осмотрелась вокруг. В кинотеатре, видимо, уже начался сеанс, поэтому людей у входа стало немного меньше. Найдя глазами свободную скамейку, она присела и достала из сумки «подаренный» ей резидентом томик Пушкина. Сделав вид, что увлечённо читает его содержимое, женщина быстро отыскала, вложенный в книгу, небольшой клочок бумаги с информацией. Здесь было расписание движения электричек в город Светловск и обратно, а также некоторые личные данные по агенту Мастер. Запомнив всё, что необходимо, а на свою память Андерсон не только не жаловалась, но могла даже ею похвастать, она поднялась со скамейки. Лёгкой походкой, присущей молодым женщинам, она направилась в известный ей небольшой ресторанчик. Там в дамской комнате женщина, воспользовавшись зажигалкой, легко уничтожила листочек с информацией. Нести какой-либо компромат к себе в номер было небезопасно. Сделав всё, что было нужно, Саманта пешком направилась по улице Горького к своей гостинице, как раз поспев к ужину.
На следующий день в ресторан на завтрак она спустилась с красными слезящимися глазами, держа у носа носовой платок. Увидев Людмилу, стоявшую в сторонке у окна и что-то просматривающую в своём блокноте, Андерсон подошла к ней и поздоровалась.
— Что с вами, фрау Шефер? — взволнованно спросила гид-переводчик, увидев, в каком состоянии пребывает одна из туристок её группы.
— Видимо, аллергия, — посетовала Саманта, деликатно промокая покрасневший нос платочком.
— Вам нужно немедленно обратиться к врачу.
— Не беспокойтесь, госпожа Людмила, мне нужно буквально день-два, чтобы адаптироваться к местным условиям. Таблетки я уже приняла, так что, надеюсь, вскоре всё наладится.
— Но вы же пропустите интересные экскурсии, ради которых вы приехали в нашу страну, — участливо предупредила Людмила.
— Не переживайте, — Андерсон выдавила из себя мучительную улыбку, — я не потребую за пропущенные экскурсии какой-либо компенсации. Думаю, что экскурсии, на которые я попаду, будут не менее интересными.
— Да, конечно… Тогда, пожалуйста, не уходите далеко от гостиницы.
— Что вы… куда я в таком виде пойду? Буду сидеть у себя в номере и смотреть советское телевидение. На обед я, пожалуй, тоже не приду. Если станет немного легче, то спущусь к ужину.
— Хорошо, фрау Шефер, я всё поняла.
Людмила окинула взглядом помещение ресторана и уплетающих завтрак немецких туристов. Саманта же присела за отдельный столик и безо всякого аппетита съела сдобную булочку и выпила чашку кофе. Кое-как управившись с едой, женщина не торопясь проследовала к лифту. Когда она вошла в свой номер, все симптомы её внезапной болезни тут же исчезли, как по мановению волшебной палочки. Включив телевизор, Андерсон некоторое время смотрела на мелькающие перед глазами кадры, абсолютно не вникая в суть происходящего на экране. А уже спустя двадцать минут из номера вышла розовощёкая блондинка в светлых брюках, розовой блузочке и больших солнцезащитных очках. Спустившись на лифте в фойе, блондинке пришлось применить свою способность оставаться незамеченной, чтобы проскользнуть мимо портье и спокойно покинуть гостиницу. До электрички, следовавшей в Светловск, оставалось достаточно времени. Андерсон всё рассчитала по минутам. Если не произойдёт ничего непредвиденного, то она уже сегодня увидит Мастера и произведёт колдовские действия. После чего сможет спокойно вернуться в Москву, чтобы присоединиться к туристической группе и дождаться результата своей работы.
Продолжение следует...
[1] Английская идиома «set in one's ways» означает закоснеть в своих привычках, упрямство.
