Не такой. Книга первая / Не такой. Книга вторая / Не такой. Книга третья
Не такой 4. Глава 5 / Не такой 4. Глава 6
Город Светловск, май 1972 года.
— Здравствуйте, — поздоровался мой друг Кеша, подойдя к нам. Лицо его, конечно, изменилось из-за того, что он сбрил усы, но вот его голос я узнал бы из сотни, а то и из тысячи голосов. Я уже хотел было весело поприветствовать своего пропавшего без вести друга, но что-то неуловимое в его поведении меня насторожило, и я решил пока что помолчать. — Вы, если я не ошибаюсь, Наталья Сергеевна? — обратился Иннокентий к Копыловой, игнорируя мой вопросительный взгляд.
— Совершенно верно, — ответила та, внимательно рассматривая незнакомца. Наталья, конечно же, не застала Серёгина у нас в «Осот», так как пришла в особый отдел уже после того, как Кешу перевели куда-то в другое место.
— Капитан госбезопасности Белов Андрей Андреевич, — отрекомендовался Кеша, и я понял, что он играет какую-то свою, неведомую пока мне, игру. «Ладно, Андрюша, подождём, что ты нам ещё скажешь”, — мысленно улыбнулся я. — Меня прислал за вами полковник Трошин, — пояснил Белов-Серёгин.
— Очень хорошо, — наконец-то улыбнулась Копылова. — А это мой папа, Сергей Кузьмич, и Витя, — Наталья указала головой в мою сторону.
— Ваш сын? — словно между прочим, поинтересовался Кеша, пожав руку старику и переводя на меня сосредоточенный взгляд.
«Да не бойся ты, не выдам я тебя, — мысленно поддержал я Серёгина. — Ну, Белов, так Белов, мне-то что?.. — вслух же, вместо Натальи, которая почему-то вдруг покраснела, как раннеспелый томат, я ответил:
— Нет, я племянник тёти Наташи.
Сказал и лукаво улыбнулся Иннокентию, мол, не один ты здесь такой конспиратор. Мы ведь с Копыловой в спешке как-то упустили из виду тот момент, что мне же нужно будет как-то себя позиционировать перед незнакомыми людьми. Мы ведь ехали в Светловск, можно сказать, неофициально и не сообразили, что мне потребуется какая-то легенда. Теперь вот из-за этого мне пришлось импровизировать.
— А это не у тебя ли имеются экстрасэнсэри пэсепшн[1]? — улыбнулся мне в ответ мой друг, протягивая и мне ладонь для рукопожатия.
— Мэй би[2], — ответил я и с удовольствием пожал Кеше руку.
— Силён! — оценил друг моё по-мужски крепкое рукопожатие, а Копылова окинула нас с Иннокентием заинтересованным взглядом, но ничего не сказала.
— Ну что ж, пройдёмте в машину. Разрешите взять ваши вещи.
Серёгин, не дожидаясь разрешения, подхватил чемоданы Сергея Кузьмича и Натальи и бодро зашагал к зданию вокзала. Я подхватил с платформы свою небольшую ношу, и мы поспешили вслед за нашим проводником. Пройдя по просторному залу, мы вышли с противоположной стороны и подошли к белому «Жигулёнку» первой модели, который в народе обычно называли «Копейкой». Иннокентий уложил наши вещи в багажник, а когда машина тронулась с места, сказал:
— Мы сняли для вас два номера в гостинице «Советская». Один двухместный для мужчин и одноместный для женщины. Номера находятся на одном этаже, только в разных концах коридора, — Серёгин бросил в зеркало заднего вида беглый взгляд на Наталью, которая села вместе со мной на заднем сиденье и продолжил пояснения: — В гостинице есть ресторан, а рядом — небольшое кафе, где вы всегда сможете перекусить. В ресторане, конечно, вкусно, но дорого, в кафе дешевле, но и кухня там, как по мне, не очень… А вот если вы захотите поесть сытно и дёшево, то я вам рекомендую «Блинную». Она хоть и расположена чуть дальше, чем кафе, но зато там готовят не только вкусные блинчики, но и всевозможные первые блюда.
— Хорошо, мы учтём, — ответила за всех Копылова. Она так же, как и мы с Сергеем Кузьмичом, вертела головой то вправо, то влево, рассматривая утопающий в цветах и майской зелени Светловск.
При помощи Кеши мы быстро заселились в двухэтажную гостиницу. Пока мы с Копыловым раскладывали вещи и привыкали к новому жилью, мой друг стоял у окна и делал вид, что любуется окрестностями.
— Ну, так где находится ваша блинная? — спросила у него Наталья, входя к нам в номер.
— Я вас с удовольствием туда отвезу, — Иннокентий, наконец, повернулся к нам лицом. — Товарищ полковник прикомандировал меня к вам на всё время вашего пребывания в Светловске, так что и я, и моя машина к вашим услугам.
— А я слышал, что у вас в городе есть хороший зоопарк, — сказал я, обращаясь к нашему гиду, когда мы вновь вышли на улицу. День сегодня выдался солнечным, и я так же, как и Копылов, не стал надевать пиджак, а остался в одной рубашке и брюках.
— Да, есть. Только тебе нужно сначала как следует подкрепиться.
— Ну вот на счёт этого вы особо не волнуйтесь, — иронично хмыкнула Наталья. — Витя у нас практически ничего не ест.
— Это как же?! — неподдельно удивился Кеша. Конечно же, с момента нашего расставания прошло немало времени, и он многого обо мне не знал.
— Ну, вот, как-то так, — улыбнулась Копылова и потрепала своей маленькой ладошкой мои волосы. — Будет возможность, Витя сам вам всё объяснит.
— Хорошо, — не стал возражать Белов-Серёгин, а я, немного подумав, сказал:
— Тёть Наташ, ну чего я буду сидеть в душном помещении и смотреть, как вы едите. Можно, пока вы будете кушать, дядя Андрей свозит меня в зоопарк?
Наталья задумчиво посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Кешу. Она знала меня довольно хорошо и вряд ли могла поверить, что мне действительно будет интересен просмотр зверушек. Но с другой стороны, она, видимо, решила, что я просто серьёзно играю свою роль ребёнка, а потому, что-то прикинув в голове, сказала:
— Ну что ж, если Андрей Андреевич не будет возражать…
— Ну что вы, конечно же, не буду, — заверил женщину Серёгин. — Пусть малец прогуляется немного, засиделся, небось, пока сюда добирались?
— Ладно уж, поезжайте, — всё же с некоторым сомнением в голосе разрешила Копылова.
«Вот и чудненько», — обрадовался я. Лучшего расклада нельзя было и придумать. Ведь я не случайно вспомнил про Светловский зоопарк. Сидя в гостинице, мне уж точно не удалось бы толком пообщаться со своим другом.
— А вот и «Блинная», — сообщил Серёгин, останавливая машину.
— Спасибо вам, — поблагодарила его Наталья, выходя из «Жигулей». — Дорогу мы запомнили, так что можете не торопиться. Смотрите зверушек, а мы обратно в гостиницу доберёмся сами. Заодно и город посмотрим не из окна автомобиля, а, так сказать, в полную величину.
— Как скажете, — весело ответил Иннокентий и подмигнул мне в зеркальце.
Дождавшись, когда семья Копыловых скроется за дверью столовой, он повернулся ко мне всем корпусом и произнёс:
— Ну, привет ещё раз, чертяка! Не думал, что мы с тобой ещё когда-нибудь свидимся. — Я не удержался и, поддавшись вперёд, крепко обнял своего друга за шею. — Силён, силён! Вижу, что времени зря не терял, — прохрипел Кеша, которого я продолжал сжимать в своих объятиях. — Да отпусти уже, задушишь…
Не выходя из машины, я быстро перебрался на переднее сиденье, и автомобиль вновь тронулся с места.
— Ну, давай, рассказывай, как ты? — Серёгин притормозил в паре кварталов от «Блинной» и выключил двигатель.
— Нет уж, дяденька, — шутливо возразил ему я, — обещали пацану показать зоопарк, так будьте любезны — показывайте. А то он приедет в гостиницу и не сможет рассказать своим «родственникам» ни про одну зверушку. Думаю, у нас там будет возможность нормально пообщаться, — добавил я уже деловым тоном.
— Ну ладно, — не стал возражать друг, и мы вновь тронулись с места.
Ехать пришлось довольно долго — зоопарк располагался почти на окраине города. Как оказалось, Иннокентий поселился в Светловске совсем недавно, потому-то наш путь занял гораздо больше времени, чем если бы мы ехали с местным водителем. Однако, возможно, благодаря этому обстоятельству, я и приметил оранжевый «Москвич», который, стараясь держаться подальше от нашей машины, несомненно, следовал именно за нами.
— У нас хвост, — предупредил я друга.
— Да, я тоже заметил, — ответил тот, бросая быстрый взгляд в зеркало. — Они что, более неприметной машины не нашли?!
— Скорее всего, этот хвост тянется за нами ещё из самого Зарецка. Я почувствовал слежку ещё в поезде, — предположил я. — А здесь топтуну[3] пришлось ловить первую попавшуюся попутку.
— Подозреваешь кого-нибудь?
— Нет. Никого. О том, что мы едем в Светловск знали только мы трое, ну и Трошин, конечно. Думаю, он-то не станет пускать за нами хвост.
— Зачем это ему, если я здесь?
— Вот и я говорю: незачем. А этот товарищ, возможно, даже ехал в нашем вагоне. — Я вспомнил мелькнувший в купе проводницы серый пиджак.
— Что ж, тогда, пожалуй, на счёт топтуна ты прав… Чтобы нас не упустить, ему некогда было перебирать машины,
Кеша сбавил ход и, притормозив возле киоска «Союзпечати», вышел из автомобиля. Я понял его замысел, но и наш филёр тоже оказался не дураком. Приметив, что мы останавливаемся, «Москвич» тут же свернул в сторону и скрылся за домами. Так что, кроме марки и цвета машины, нам ничего узнать не удалось.
— Когда гексаграмма “Пи” (“Упадок”) доходит до своего предела, приходит гексаграмма “Тай” (“Процветание”), — улыбнулся Серёгин, присаживаясь на своё место.
— Лао Цзи или Конфуций? — поинтересовался я.
— Китайская идиома[4].
— И что она означает?
— Полоса невезения всегда сменяется полосой удач, — пояснил друг, выруливая на середину дороги.
Ещё минут через десять мы подъехали к зоопарку. Конечно, он был не таким большим, как я его себе представлял. По правде говоря, в других обстоятельствах я бы никогда не пошёл в место, где помимо их воли насильно удерживают животных в клетках. В том моём мире будущего, откуда я сюда попал, не было таких вот бесчеловечных заведений. Там было так: хочешь посмотреть на животных — пожалуйста, поезжай хоть в лес, хоть в джунгли… Там смотри и наслаждайся тем, как ведут себя животные в своих ареалах обитания. Да, некоторые из них опасны, но если тебе любопытно, то рискни и окунись в естественную природную энергию, ту энергию свободы, которой я как раз и не почувствовал, войдя в зоопарк. Напротив, здесь преобладала тяжёлая энергия страдания. Со стороны, для тех, кто пришёл развлечься и, так сказать, культурно провести досуг, казалось, что животные живут в тепле и достатке. Их вовремя кормили, за ними убирали… Чего ещё им нужно?.. Но кто-либо из тех, что любовался этими животными, пробовал хотя бы раз в жизни поставить себя на их место? А ведь люди приводят сюда детей, которые с самого раннего возраста привыкают, что животные ничего не понимают и с ними можно делать всё, что угодно. А потом, вернувшись домой, они тоже хотят завести себе ещё одного невольника, ещё одну игрушку в виде котёнка, щенка или птицы в клетке… Чего ж тогда удивляться тому, что в обед такой вот малыш спокойно поедает котлету или отбивную из плоти животного, которым ещё недавно любовался и так умилялся в зоопарке.
В отличие от других людей, беззаботно прохаживающихся вдоль огромных вольеров, я прибыл сюда не из желания полюбоваться на безмолвных жертв человеческой глупости, а как вполне объяснимый повод остаться наедине с другом. Я бросал на животных мимолётные взгляды, и то лишь для того, чтобы зафиксировать их в своей памяти и, в случае необходимости, рассказать о «интересном» времяпрепровождении своим «родственникам». Если Кеша не стал перед ними раскрываться, то я считал необходимым его поддержать.
— Так ты что, правда, ничего не ешь? — первым делом поинтересовался Иннокентий, когда мы проходили мимо тётки, продававшей мороженое. Я подтвердил и вкратце рассказал о своём незабываемом путешествии в Красноярский край. — Да уж, помотало тебя, — сочувственно произнёс Серёгин. — Значит, ты говоришь, что Трошин попросил тебя привезти, чтобы ты помог разобраться с самоубийствами?
— Да, что-то ему в этом деле не нравится.
— Если честно, ты не поверишь, но я тоже тебя вспоминал. В этих самоубийствах действительно что-то не чисто. А тут ещё этот крот…
— Крот? — переспросил я.
— Ну да. Я ведь здесь как оказался… В наше ведомство поступили сведения, что в Светловском отделе имеется предатель. Пока решали, каким образом меня сюда внедрить, чтобы провести расследование, произошёл первый случай самоубийства. Теперь мне только оставалось выучить новую легенду и устраиваться на новое место службы. Как ты понял, здесь я Андрей Андреевич Белов. Так что смотри — не перепутай, Кутузов, — добавил Кеша голосом Анатолия Папанова. Фильм «Бриллиантовая рука» ещё был весьма популярен. — Так вот, — продолжил мой друг, — не успел я как следует здесь освоиться, а тут и второй труп… В общем, если подвести итог того, что я здесь нарыл, то, вероятнее всего, эти на первый взгляд самоубийства как-то связаны с кротом.
Мы остановились у загона с зебрами. Их было всего две. Одна лежала у противоположного сетчатого заграждения и не обращала ни на кого внимания. Вторая, наоборот, подошла почти впритык к нам, явно выпрашивая какую-нибудь подачку. Видимо, «сердобольные» посетители не раз баловали её какими-то сладостями, несмотря на запрет в виде большой фанерной таблички с ярко-красными буквами: «Кормить животных запрещено». Я удручённо вздохнул, глядя в большие доверчивые глаза африканского животного, которого по чьей-то злой воле занесло в Подмосковье.
— А ты что-нибудь слышал о Лидочке, — задал я давно волнующий меня вопрос, переведя взгляд на друга.
— О Лидочке?! — удивлённо переспросил Серёгин. — А почему ты вдруг про неё вспомнил?
— Да так, есть одно предположение, которое нужно проверить.
— Думаешь, она каким-то образом может быть в этом замешана?
— Скажем так, зная эту особу, я не исключаю такой возможности.
— Что ж, — не стал возражать Иннокентий. — Раз смерти таинственные, то и рассматривать нужно все возможные версии, даже если они покажутся совсем даже нелепыми и фантастическими. Так с чего ты собираешься начать расследование?
— Первым делом, конечно, нужно побывать на квартирах наших самоубийц. Если смерть была насильственной, то есть если кто-то каким-либо образом их подтолкнул на это дело, то по-любому должен остаться какой-то энергетический след.
— Ты его сможешь почувствовать?
— Думаю, да… Времени, правда, прошло уже много… Скажи, а кто-нибудь опрашивал соседей, или, может, есть свидетели, видевшие кого-нибудь постороннего возле дома самоубийц незадолго до их смерти?
— Конечно. Несмотря на то, что факты явно говорили о том, что это были самоубийства, тем не менее, после смерти Павлюченко…
— Это кто такой?
— А, это второй самоубийца, который застрелился, — пояснил Серёгин. — Я завтра вам привезу материалы по этим двум делам, которые я веду. Милиция, естественно, по этому поводу у себя никаких дел не заводила. Для них было всё ясно — следов никаких нет, замок в квартиру не сломан… Самоубийство чистой воды, и нечего зря бумагу марать да лишние проблемы на свою шею вешать. Но я добился у шефа разрешения лично всё перепроверить. Здорово, что он привлёк к этому делу ещё и тебя, — хлопнул меня по плечу Кеша. — Даже странно как-то. Насколько я успел с ним познакомиться, он во все эти сверхъестественные штуки вообще не верит.
— Да, я тоже рад, что попал в Светловск именно сейчас, — ответил я и, вернувшись к первоначальной теме разговора, спросил: — Ну а всё-таки, как там насчёт свидетелей?
— Свидетели есть, но вот их показания меня настораживают.
— И что там не так?
— Дело в том, что есть несколько человек, которые действительно видели незадолго до того, как наши сотрудники покончили с собой, незнакомого мужчину.
— Ну-ну, — встрепенулся я, оторвав взгляд от красивой чёрно-бурой лисицы с белым кончиком пушистого хвоста.
— Так вот, дело в том, — как-то неуверенно продолжил Иннокентий, — что портрет, составленный по их описаниям, точь-в-точь совпадает с портретом заместителя Трошина.
— И что? — нетерпеливо поторопил я друга.
— Да ерунда это какая-то, не тот он человек, чтобы такими вещами заниматься.
— Ладно, разберёмся, — пообещал я. — Господа шпионы, как правило, очень хорошие артисты.
Продолжение следует...
[1] Extrasensory perception — экстрасенсорное восприятие (англ.)
[2] May be — возможно (англ.)
[3] Топтун — Представитель правоохранительных органов, ведущий слежку на улице.
[4] Идиома — это устойчивый оборот речи, присущий только конкретному языку и культуре.
