Центр кооперации
Магия Орлова
Ноябрьский выпуск журнала
Буквица от Ладоzара
Колодар
Как сказывали наши Деды
Приглашаем видеомастеров
Присоединяйся к нам
Детское телевидение

Охранник для принцессы. Пёс. Глава 7

Охранник для принцессы. Пёс. Глава 7
Художники Полина Алёшечкина и Елена Добробабина
Редактор Анастасия Гетманцева
Глава 5 // Глава 6

7. Игра

Принцесса не могла отвести взгляд от плюшевой игрушки в руках её телохранителя. Нет. Её верного пса.

Щенок. Собака.

Что это значило? Он шутит или издевается? Он смеётся над шутливым прозвищем, что прицепилось к нему, или и в самом деле считает себя её псом?

Она заставила себя перевести глаза с игрушки на самого Цвая. Тот в действительности превратился в каменное изваяние — статую, воплощающую ужас, оцепенение и панику. Он понял, что напортачил, и понятия не имел, как это исправить. Ив лихорадочно начала продумывать пути к отступлению, когда услышала тихий вздох хозяйки палатки.

 — Ох, и завидую я тебе, дорогуша! — обратилась к ней голубоглазая девушка. — Твой кавалер называет тебя принцессой и преподносит подарки. Такие сейчас редкость. Береги его.

Брюнетка облокотилась на прилавок и томно закатила глаза, мечтательно улыбаясь и поигрывая косицей в руках. Прохожие, бывшие свидетелями всей сцены, перешёптывались между собой; кто-то также мечтательно улыбался, кто-то подмигивал ей с широкой улыбкой. Принцесса выдохнула с облегчением, понимая, что их приняли за очередную парочку в разгаре конфетно-букетного периода. Она-то испугалась, что её дешевый маскарад не сработал и её истинную личность раскрыли.

 — Мы друзья, — суховато разъяснила Ивейн, забирая злополучного щенка из рук Цвая и прижимая игрушку к груди.

Она изо всех сил пыталась скрыть подступающую краску, но всё равно чувствовала, что щёки пылают, как в огне. Только причины такой реакции у неё не находилось. Подумаешь, её телохранитель сделал так, как она попросила? Не велико событие! Парень тем временем вышел из ступора и, поднявшись, с виноватым видом отряхивал запылившиеся джинсы. Окружающие закончили обсуждать маленькое шоу и вернулись к своим прерванным занятиям. Жизнь вокруг пошла своим чередом, будто ничего не произошло.

 — Все они друзья, пока не находишь их в своей постели, — равнодушно бросила её собеседница и, махнув рукой, отвернулась приветствуя новых посетителей.

«Постели?» — Ив глупо уставилась на хозяйку палатки, прокручивая непривычное слово в голове снова и снова. Она хотела запротестовать, сказать, что между ними ничего подобного нет и быть вообще не может. Но голос отказался подчиняться ей, возражения застряли в горле, а сама она, кажется, покраснела ещё сильнее. Она бы там, наверное, простояла ещё долго, если бы Цвай не нашёлся наконец, подхватив её под руку и выведя с базара.

Она шла следом за телохранителем, тяжело автоматически переставляя ноги, в голове было на удивление пусто. Ив не замечала ничего вокруг, пока Цвай не остановился и, отскочив от неё, как ошпаренный, виновато не забормотал своим ногам заученную, отскакивающую от зубов фразу:

 — Простите, ваше высочество. Я опять вас подвёл…

Девушка раздражённо цыкнула и прервала его взмахом руки. Она подняла голову и огляделась по сторонам: они находились в боковой аллее парка, недалеко от главных ворот дворца. Стемнело, несколько ярких фонарей освещало главный проход, но там, где они стояли, света, пробивающегося меж ветвей, хватало, чтобы различить испуганные, полные раскаяния янтарные глаза. Ивейн с силой прикусила губу, молясь, чтобы он не заметил стоявших в её глазах слёз. «Пёс», — эхом крутилось в её мозгу ненавистное слово. По-прежнему прижатая к груди злосчастная игрушка жгла ей руку не хуже калёного железа. Она хотела закричать в голос, хотела взвыть в отчаянии… но она не могла. «Это бесполезно, — обречённо подумала принцесса, моргая и подавляя подкатившие рыдания. — Глупая гордая Ив, — продолжила она ругать себя, сжимая от досады кулаки так, что ногти больно впились в кожу. — С чего ты решила, что раз сама считаешь всё шуткой, то и он думает так же? С чего ты взяла, что всё его развязное поведение и шоу программы — демонстрация того, что он забыл, кто он и где то место, куда его вписывали годами?!»

 — Я ничего такого не имел в виду…  — попытался снова залепетать Цвай. — Я…

 — Хватит, — грубовато оборвала его принцесса.

Парень отшатнулся на шаг, его плечи сгорбились, в глазах плясали огоньки неподдельной паники; он без сомнений был полностью уверен, что теперь-то ему точно влетит. Она уже открыла рот, чтобы объясниться, чтобы попытаться донести до него свои истинные чувства, свои переживания… Но тут же с тихим «клак» защелкнула челюсти. «Бесполезно, — повторила Ивейн мысленно. — Слова ничего не изменят. Он по-прежнему будет райбом, а я райконом. А излишняя открытость может и вовсе отпугнуть его. Ты же дипломат, Ив. Тут надо действовать по-другому».

 — Не извиняйся. Тебе не за что извиняться. Я сама тебя об этом просила, — выдохнув, сказала принцесса, она подняла руку к виску, мечтая унять неизвестно откуда взявшуюся головную боль. — Это был потрясающий день. Благодарю, что подыграл моему эго и позволил вернуться в детство хоть ненадолго.

Девушка выдавила из себя тёплую улыбку, ответом ей был недоверчивый косой взгляд. Но вскоре парень понял, что шторм обошёл его стороной, он поднял голову, выпрямил спину и, ухмыльнувшись и подмигнув, откликнулся, беззаботно проговорив:

 — Обращайся.

 — Твой подарок… очень милый, — призналась принцесса, заставляя себя оторвать игрушку от груди и наконец рассмотреть её как следует.

У щенка была чрезвычайно милая мордочка и шёрстка серо-белого окраса, на шее красовался пышный ярко-красный бантик. Однако особое очарование плюшевому животному придавали блестящие, будто живые, золотисто-жёлтые глазки-бусинки. Ивейн довольно быстро определила, к какому виду относился подобный зверь: их можно было встретить в Йодарских горах, обширной горной системе на северо-западе от столицы, и вырастали эти щенки в настоящих гигантских и крайне опасных волков. Шкура именно такого волка лежала в шатре у гадалки Лилит.

 — Только ты ошибся, это не собака, это — волк, — озвучила девушка свои выводы сухо вслух, разворачивая игрушку к Цваю так, чтобы он мог получше её рассмотреть.

Парень ни капельки не удивился, вместо этого он оскалился и рассмеялся.

 — Ты разгадала мой замысел? — спросил он с озорством в голосе. — Хорошая вышла шутка, да? Я надеялся, что ты догадаешься!

 — Да, шутка… — машинально повторила она, внимательно следя за его глазами. Они не улыбались.

Она поджала губы и убрала щенка в сумку к остальным сегодняшним трофеям. Может, когда-то Элиот и в самом деле был маленьким кусачим волчонком, однако вырос он в обычного дрессированного пса по кличке Цвай. И она ничего не могла с этим сделать. Пока не могла. Ив пообещала себе хранить игрушку как напоминание о том, чего она лишилась и так и не смогла вернуть.

«У тебя уже есть то, что ты ищешь. Ты просто ещё не поняла этого» — эхом пронеслись в её голове слова прорицательницы. «Неправда, — подумала она с горечью. — У меня отобрали всё, что было мне дорого, и единственный способ получить это обратно, похоже — забрать силой!» К Ивейн начинало приходить понимание того, какое решение ей необходимо было принять.

 — Надеюсь, твоя душенька довольна, потому что нам пора возвращаться, иначе нас хватятся, — вещал тем временем Цвай, разворачиваясь и направляясь к дворцу. — Как ни крути, а прошлого не вернуть. Сколько бы мы ни притворялись, оно уже прошло.

Ив сделала несколько шаркающих шагов, погружённая в свои мысли, но после его последних слов застыла как вкопанная. Прошлое прошло? Детство прошло? Их дружба, значит, тоже для него прошла? Тогда что для него их сегодняшние отношения? Получалось, что только она продолжала считать его другом? Но кто для него она? Работа? Игра?

 — Значит, для тебя это всё притворство? — еле слышно, с плохо скрываемой злостью зашипела она. — Всё происходящее театр? Вся наша жизнь — представление?!

 — Что? — переспросил парень, оборачиваясь и непонимающе глядя на неё. — О чём ты? Ты меня не так поняла, Ив! Я всего лишь говорю о том, что мы не дети больше. Мы не можем больше бегать по ярмаркам и играть круглые сутки напролёт!

 — И кто тебе такое сказал? — прищурившись и гордо вскинув подбородок, вопросила девушка.

Какой-то гаденький голосок ехидно нашептывал ей о том, что её друга больше нет и стоящий перед ней райб — не более чем глупый райб. Если детство прошло, значит, она перестала быть его другом? Кто она для него сейчас? Что она для него? Внутри неё что-то надломилось: его бездумные слова, смысл, скрывающийся за ними, задели такие глубокие уголки её души, что она и сама не понимала, почему так сильно разозлилась. Но весь сегодняшний день она думала так много, что ей надоело решать загадки и бесконечно взывать к собственному здравому смыслу. Самообладание вышло из-под её контроля, и обида пополам с возмущением моментально взяли верх.

 — Ив, да какая муха тебя сегодня укусила? — недоуменно выпрашивал Цвай, всплеснув руками.

Девушка не знала ответа на этот вопрос. Зато она чётко знала, что во дворец она возвращаться не собирается. Но куда пойти она тоже не догадывалась, поэтому принцесса лишь резко развернулась и направилась куда глаза глядят — лишь бы в сторону, противоположную от дворцовых ворот.

  — Ты абсолютно прав. Мы больше не дети, — отрывисто бросила она ему на ходу через плечо.

  — Куда ты? — закричал не своим голосом парень, бросаясь вслед за ней. — Вернись!

  — Нам доступны не только детские развлечения, — упрямо повторила Ив, ускоряя шаг. — Вечер только начинается!

 

Спустя некоторое время Цвай и Ивейн сидели за поцарапанной и потёртой, когда-то лакированной стойкой бара в самом настоящем игорном притоне. Парень недовольно поморщился, обводя взглядом неприятное заведение; пивнушка была ближайшей к дворцовому комплексу, и ему приходилось бывать здесь, а вот как сюда нашла дорогу Ив, было для него загадкой. Прямо напротив него располагались ярусы с разного рода алкоголем, разноцветные стеклянные бутылки с не менее разноцветным содержимым были выстроены в аккуратные ряды. Сам он не пил, а оттого названия на этикетках ни о чём ему не говорили и были всё равно, что язык с другой планеты. Высокая худющая девица с усталым бледным лицом расхаживала с тряпкой в руках, вытирая невидимые пятна на тёмной столешнице. Девицу звали Вайлет, и года три назад у него с ней была интрижка (или две); тогда он ещё надеялся, что невидимый поводок, что накрепко привязал его к принцессе, можно оборвать — а зеленоглазая блондинка за стойкой имела больше приятных округлостей. Однако с тех пор он понял, что какие-то вещи имеют свойство меняться, а какие-то остаются неизменными.

 — Придумал, что тебе налить, красавчик? — спросила его барменша, когда ей надоело наводить чистоту.

Она встала прямо напротив него, уперев руки в барную стойку и бесстыже демонстрируя содержимое глубокого выреза на своей майке. Многочисленные бусы разного цвета и длины на её шее при этом издали серию шуршащих и стучащих звуков. Цвай быстро поднял глаза на её лицо.

 — Я пас, Вай, — с улыбкой ответил он, поднимая руки.

 — Опять? — насмешливо переспросила она, делая шаг назад и приподнимая бровь. — Зачем продолжаешь приходить, если ничего не заказываешь?

Цвай виновато пожал плечами, Вайлет фыркнула, но развивать тему не стала. Она демонстративно развернулась к подошедшему мужчине и тут же направилась наливать новый заказ.

 — И часто ты здесь бываешь? — удивлённо-насмешливо спросила Ив.

Это были первые слова, которые сказала ему принцесса после истерики, что она учинила в скверике у ворот. Девушка сидела на соседнем высоком стуле и задумчиво крутила в руках прозрачный стеклянный стакан с виски. Она не сделала ни глотка, и он сильно сомневался, что она вообще собиралась пить эту тёмно-коричневую мутную жижу. Зачем она её заказала, однако, оставалось тайной, покрытой мраком. Вся сегодняшняя Ив была для него тайной, покрытой мраком. Она вела себя как пятилетний капризный ребёнок, а он, как послушный пёс, потакал всем её прихотям. По-хорошему, сейчас он должен был взять её за шкирку, как нашкодившего котёнка, и вернуть во дворец, потому что, во-первых, это место было небезопасным, а во-вторых, он может лишиться должности, если император узнает, что он позволил Ив тут находиться. Если с первым он мог как-то справиться, то второе для него было сродни катастрофе: потеряй он возможность видеть Ив — у него просто не останется смысла жить. Но всё это он не мог рассказать насупленной и обиженной принцессе, поэтому он держал язык за зубами. Тем более что за сегодняшний и вчерашний день он наговорил и так слишком много.

Он так и не придумал ответа на её вопрос и молча развернулся лицом к залу, облокотившись спиной и локтями о стойку бара. Цвай действительно бывал здесь. Когда в одиночестве, когда с братом, когда с сестрой, когда Айн или Драй ходили без него. Однако приходили они сюда не развлекаться: дело было в том, что этот небольшой бар с гордым названием «Лёгкий Куш» был излюбленным местом одной небезызвестной и неприятной личности.

Привычным цепким взглядом телохранитель просканировал пространство вокруг на предмет потенциальных угроз. Помещение было достаточно большим, но из-за нависающего потолка с деревянными балками и разделявших залу на зоны таких же колонн напоминало пещеру. Впечатлению также способствовало скудное освещение: низкие светильники спускались с балок и освещали только поверхности игорных столов. А таких здесь было предостаточное количество, на любой вкус и цвет: прямо напротив бара располагалось несколько бильярдных столов, обтянутых выцветшей зелёной тканью; человек пять игроков лениво кружили вокруг, изредка наклоняясь и со звонким стуком ударяя по тяжёлым шарам. Чуть поодаль, по его левую руку, стояла пара круглых, видавших виды столов для игры в карты — один из них был пуст, а вот второй со всех сторон обступила целая толпа. Собравшиеся громко переговаривались, смеялись и делали ставки.

 — Некоторые бывают и чаще, — недовольно проворчал он себе под нос, заметив знакомую высокую фигуру с иссиня-чёрными волосами в чёрной форме у шумного стола.

Его челюсти непроизвольно сжались, заиграли желваки. Цвай сжимал и разжимал кулаки в надежде хоть немного успокоиться, но руки так и чесались, чтобы врезать по одной отёкшей круглой физиономии, что он мельком увидел меж расступившейся на секунду толпы.

 — Ты снова проигрался в пух и прах, Патрик! — донёсся до них насмешливый мужской голос.

 — И что ты будешь делать? Проиграл кольцо своей женушки. Как собираешься отыгрываться? У тебя же ничего не осталось! — продолжил другой мужчина не менее издевательским тоном.

Толпа быстро подхватила комментарий взрывом издевательского гогота. Ивейн повернулась на звуки и с интересом рассматривала разношёрстное сборище. Мужчины и женщины с прокуренными и спившимися лицами в простой, местами потёртой одежде определённо не тянули на её привычное окружение.

 — Что там происходит? — спросила девушка, хмурясь.

 — Ничего особенного, просто картёжники, — с отвращением выплюнул он, отворачиваясь обратно к стойке и старательно делая вид, что его это совершенно не касается.

А вот принцесса, напротив, приподнялась со стула и очень внимательно следила за происходящим. Не хватало ещё, чтобы и она туда влезла. Цвай даже думать не хотел, какое наказание его ждёт за одно присутствие в этом баре, не говоря о том, если с принцессой что-то ещё и случится. «Если с головы моей дочери упадёт хотя бы один волосок… — зазвучал в ушах телохранителя угрожающий шёпот. — Смерть покажется тебе райской альтернативой». Цвай вздрогнул: у мужчины, что когда-то сказал ему эти слова, было достаточно власти, чтобы превратить его жизнь в ещё больший ад, чем она уже являлась сейчас. И это не говоря о том, что он сам себе никогда не простит хотя бы царапину на своей драгоценной Ив!

 — Там что, лорд Патрик? — вопрос девушки вернул его в реальность, но был скорее риторическим.

Он закрыл глаза и чертыхнулся, однако выбора у него особо не было, поэтому телохранитель поднялся и встал рядом со своей госпожой. Толпа расступилась, и им были теперь хорошо видны сидящие за карточным столом игроки. Одним из них был муж леди Эды, высокий полный мужчина средних лет, сгорбившийся и озирающийся по сторонам с затравленным видом, рядом с ним стояла его помощница и телохранитель, спокойная и невозмутимая Уна.

 — Как видишь, — с тяжким вздохом ответил Цвай.

Ему очень сильно захотелось провалиться сквозь землю. Когда Айн рассказал ему об этой забегаловке и его завсегдатаях семь лет назад, брат взял с него клятвенное обещание, что Ивейн никогда ничего об этом не узнает. И вот принцесса стоит рядом с ним и созерцает всю эту грязь во всей красе.

 — Я думала, все эти слухи — пустые россказни, — неверующе проговорила девушка.

 — Не все слухи — просто слухи, — сжав зубы, раздражённо сказал он. Парень мог бы поделиться парочкой историй, которым был свидетелем сам. Однако Цвай никогда не причислял себя к сплетникам.

Один из сидевших за столом игроков встал и подошёл к его матери. Это был худой мужчина в летах, с тусклыми жёлто-рыжими волосами, одет он был в застиранную когда-то белую рубашку, а светло-коричневые кожаные жилетка и брюки делали его ещё выше и тоньше. Красный платок, повязанный на шее, завершал образ самодовольного франта.

 — Эй, Патрик! — насмешливо обратился он к ошалевшему толстяку на стуле. — Ты же не можешь вернуться назад без фамильного кольца, так ведь? Как насчёт отыграться?

Мужчина замолчал на секунду, приложив палец ко рту, будто обдумывая что-то. Оставшийся сидеть толстый мужчина с опаской смотрел на него.

 — О, знаю! — расплываясь в похотливой ухмылочке, продолжил рыжеволосый. — У меня предложение: как насчёт сыграть на твою сучку? — он шлёпнул телохранительницу ниже талии, но та даже не дернулась, всё так же смотря в пустоту перед собой. — Можешь ставить её до тех пор, пока не отыграешься, мы не против, так ребятки?

Остальные игроки одобрительно заулюлюкали и заржали в голос. Глаза темноволосого толстяка расширились от испуга, и он проблеял, запинаясь:

— О-о-о чём ты говоришь, Фокс?

Ответом ему был ещё один взрыв безудержного непристойного хохота. Это перешло последние границы: в глазах Цвая потемнело, парень глухо зарычал и рванулся вперёд, на ходу доставая верные кинжалы. Однако на его пути неожиданно возникла рука Ивейн, останавливая и слегка охлаждая буйную голову. Принцесса поймала его полуосмысленный взгляд и едва качнула головой; её лицо посуровело, в глазах плясали огоньки не меньшей ярости, чем его собственная. Он погасил гнев, заставляя себя расслабиться, и оставил полуизвлечённое оружие в ножнах. Девушка уверенным шагом направилась к игральному столу, и он молча последовал за ней. Происходящее было личным, а всё, что мог сделать он — это учинить драку, что само по себе ничем хорошим не грозило. Но Ив была медиатором, очень искусным медиатором, поэтому ему оставалось верить, что она сможет найти другой путь. А драку он всегда успеет учинить.

 

Ивейн то ли по своей наивности, то ли из врождённой веры в людей простодушно полагала, что сплетни, роившиеся вокруг мужа её тетки — всего лишь байки, и на самом деле он не напивается в сомнительных пивнушках и не проигрывает семейное состояние в карты. Представшая же её глазам картина наглядно показывала обратное. И мало того, что он проигрывался в карты, он ещё и собирался поставить на кон свою помощницу — хоть и приёмную, но единственную мать, что у Ив когда-либо была. Принцесса очень надеялась, что он откажется от этого предложения. Однако она решила не ждать ответа, а вмешаться самой. В голове быстро сложился план действий, и подойдя к столу, она самоуверенно вмешалась в разговор.

— Кажется, у вас тут довольно весело. Разрешите присоединиться? — тоном, не терпящим возражений, спросила девушка.

Все головы разом повернулись к ней, большинство собравшихся тут же начали скалить зубы, бесцеремонно осматривая её с головы до ног, но завидев высокую хмурую тень рядом, мгновенно менялись в лице и отворачивались. А выражение крайнего удивления на заплывшем лице лорда Патрика при её появлении оказалось бесценно: челюсть мужчины отпала, а глаза расширились так, что готовы были выскочить из орбит. Благо он хотя бы додумался не объявлять во всеуслышание её имя. Сдавленный привычный смешок за спиной немного успокоил девушку, учитывая их последние трения и его безудержный нрав, она уже не была так уверена, что Цвай вообще услышит её приказы в сложившейся ситуации.

Мужчина, которого называли Фокс, до этого стоявший около Уны и с вожделением раздевающий женщину взглядом, при появлении принцессы с неохотой отвлёкся от намеченной жертвы и повернулся к Ивейн. Прищурившись и наклонив голову, он изучающе уставился на девушку. Его поза и выражение лица в сочетании с редкими непонятного цвета волосами делали его похожим на грифа, что сидит в сторонке и ожидает, когда какое-нибудь животное упадёт и не сможет подняться. Ив ответила мужчине своим обычным пристальным взглядом, зеркально наклонив голову, если он считал, что нашёл лёгкую мишень, то глубоко заблуждался.

— Что-то мы тебя тут раньше не видели, — заговорил, наконец, Фокс иронично, скрестив руки на груди и отводя глаза первым. — И что ты тут забыла, девочка?

— Хочу сделать ставку, — заявила она спокойно, доставая из объемной сумки кошелёк и выкладывая на стол остатки его содержимого.

На свое счастье (или несчастье), она переборщила с наличностью и в кошельке оставалась ещё приличная сумма даже после целого дня гуляния по базару. Игроки за столом переглянулись с довольными ухмылками, вид денег их явно прельщал больше, чем Уна. Это успокоило Ивейн, и она позволила себе чуть-чуть расслабиться.

— И на что ты хочешь играть, девочка? — спросил мужчина-гриф.

По всей видимости, этот странный тип был главным в собравшейся компании. Он жестом выгнал из-за стола проигравшегося лорда Патрика, и глава второй по влиянию семьи Империи подскочил и, как послушная овечка, встал около Уны за спинкой грубо сбитого деревянного стула, обмениваясь со своей помощницей беспокойными взглядами. Ив сдержала дрожь отвращения, теперь она поняла, почему Цвай так ненавидел тёмноволосого толстяка. Однако ей предстояло вытащить и себя, и спившегося родственника из заварушки, поэтому чувствам не было места в её голове. Поддерживая бесстрастное выражение на лице, она отогнала от себя все мысли и пальцем указала на знакомое ей кольцо с гербом императорской фамилии, все также продолжая неотрывно смотреть в чёрные как смоль глаза своего оппонента. У неё самой было такое же кольцо, доставшееся ей от матери. Изящные серебряные перстни, украшенные выгравированной огненной птицей феникс, были подарком предыдущего императора обеим своим дочерям на их совершеннолетие.

— На это колечко! — громко провозгласила принцесса.

Толпа вокруг, которая успела заметно прибавиться за счет других посетителей бара, удивленно зашепталась, предвкушая любопытное зрелище. «Ну что ж, — подумала принцесса, пытаясь себя воодушевить. — Не одному Цваю быть актером собственной шоу программы».

Сидящий по её правую руку за столом игрок с пшеничными волосами в серебристой шёлковой рубашке и джинсовой куртке на вид чуть старше самой девушки захихикал и спросил с издевкой:

— И зачем тебе кольцо? Будешь носить, воображая, что ты член императорской семьи?

Ив пронзила его испепеляющим взглядом, на что молодой мужчина икнул и мигом замолчал, побледнев.

— Почему же, — медленно проговорила девушка, продолжая сверлить блондина немигающим взглядом, пока тот не начал неуютно ерзать на стуле. — Верну законной владелице за услугу.

Губы принцессы растянулись в хитрой усмешке, после чего она перевела непреклонный взгляд обратно на заводилу. Тот осклабился и ответил:

— А я так смотрю, ты не лыком шита, девочка. Губа у тебя не дура.

— Так что? Играем? — с вызовом спросила Ивейн, потрясая пачкой банкнот.

— Играем, — согласился её собеседник, довольно ухмыляясь в предвкушении легкого выигрыша.

Он уселся на свое место, бросил злополучное украшение на центр стола и жестом пригласил её занять освободившейся стул. Принцесса села и положила часть своих жёлто-синих купюр рядом, с содроганием осознавая, что превращается в картёжницу. Отец точно использует этот факт, чтобы повесить ей первого попавшегося жениха на шею. Если он узнает, конечно. А чтобы он не узнал, надо было закончить с этим быстро и тихо.

Ивейн приходилось раньше играть в карты, только обычно это были безобидные ставки вроде честного ответа на неудобный вопрос, или исполнения какого-нибудь глупого желания, по типу выйти на балкон и прокукарекать столько-то раз. На такие посиделки её зазывала Матильда со своей компанией подружек, но после того, как кто-то из собравшихся обозвал принцессу «удачливой стервой» года два назад, Мотт больше не приглашала девушку. Немного поразмыслив, Ив решила, что всё из-за того, что она всех обыгрывала и, соответственно, с ней было неинтересно играть.

Ивейн обвела украдкой внимательным взглядом своих противников. Их было трое, и все они были прожжёнными картёжниками. Ей оставалось молиться, чтобы они также не были шулерами. Фокс сидел напротив неё и хищно скалился, перемешивая карты и начиная их раздавать. Ещё один был тем самым, кому она заткнула ранее рот, блондин добавил в общую кучу несколько измятых банкнот и тайком бросал на неё похотливые взгляды. Она предпочитала не думать, что в этот момент хотел с ним сделать Цвай, беря во внимание реакцию телохранителя на подсевшую ранее на ярмарке парочку. Последним за столом слева от неё был молчаливый мужчина с тёмно-каштановыми волосами в сером шерстяном пиджаке поверх светло-розовой рубашки, и он волновал принцессу больше всего. Третий игрок также добавил свою часть ставки в общую кучу и теперь недобро посматривал по сторонам из-под насупленных бровей, а по его суровому ничего не выражавшему лицу невозможно было угадать, что тот предпримет в следующий момент.

— Так как ты новичок, деточка, играем в дро-покер, — слащаво улыбаясь, обратился к ней Фокс, лёгкими движениями раскидывая карты. — Правила знаешь?

Принцесса подавила желание съязвить ему в ответ, а лишь бесстрастно объявила:

— Приходилось сталкиваться.

— Хорошо, — удовлетворенно заявил мужчина, раздавая пятый круг карт.

Последняя карта легла перед ней на стол, и Ив глубоко вздохнула, прежде чем взять в руки свою раздачу. Она молча поблагодарила Богов, что остальные игроки были заняты собственными картами и не заметили её нервозности.

Игра началась.

 

После всего увиденного, Цвай не мог себе отказать в удовольствии припугнуть Патрика. Телохранитель обдал незадачливого толстяка уничижительным взглядом, и тот отскочил с перекошенным от ужаса лицом, освобождая место за спиной Ив. Лайрок и его мать отошли на несколько шагов так, чтобы им был хорошо виден игорный стол. Парень тем временем облокотил руки на спинку стула, на котором сидела Ив, закрывая лишним зевакам обзор её карт. Цвай не беспокоился об уставе и со спокойным, слегка скучающим видом, смотрел по сторонам. Во-первых, не стоило давать окружающему мусору лишний повод задумываться о том, кто перед ними. А во-вторых, кроме толстого Лайрока, его матери и Ив никто его истинной личности не знал, но не в их интересах было его выдавать, так как он оставался их козырной картой, чтобы выбраться отсюда живыми и невредимыми, если дело примет дурной оборот.

Патрик уставился на принцессу во все глаза, словно перепуганный баран. «И отчего его все величают «лордом»?! — мысленно поморщился Цвай. За свою жизнь, и особенно за её служебную составляющую, телохранителю приходилось видеть глав многих влиятельных семей. Кто-то задирал нос слишком высоко, кто-то пресмыкался перед одними, и вытирал ноги о других, кто-то и в самом деле был благороден и заслуживал звание «лорда». Однако из них всех «лорд» Патрик Лайрок подходил для этого титула меньше всего. Ничего похожего на «лордство» он в нём не наблюдал, никакого благородства, достоинства и аристократизма в толстом увальне не было и в помине.

Императорский дворец был полон сплетен, и двумя самыми излюбленными темами для обсуждений были распоясавшийся райб и один определённый райкон. Как раз Патрик и был тем единственным, о ком судачили больше, чем о нём самом. И если Цвая ненавидели за дерзость, но уважали за мастерство, то Патрика просто презирали. Известный нездоровым пристрастием к спиртному, картам и пристрастием к супружеской неверности, он был настоящим позором императорской семьи. Хотя, учитывая «ангельский» характер его жены, на супружеской неверности, как правило, внимания не заостряли. Основную долю его собственной неприязни к личности главы Лайрок и сформировали слухи, роящиеся вокруг этой персоны, словно мухи вокруг отбросов. Однако то, что его мать оказывалась вовлеченной в эти нелицеприятные истории, превратили неприязнь в неприкрытые неуважение и отвращение.

И чтобы жизнь телохранителя не казалась слишком легкой, эта личность предстала перед ним собственной персоной. Подтверждая все мыслимые и немыслимые сплетни, да ещё и вдобавок Ив, решившая вытащить этот трусливый зад из дыры, в которую он сам себя и загнал. Цвай надеялся, что девушка делает это не из семейной гордости, а из желания выручить Уну. Он очень хотел верить, что их общее прошлое для неё не пустой звук, что в глубине души принцессы райконов всё ещё живёт та самая маленькая плакса Ив, что вечно подстрекала его на всякие глупости, а потом слезно просила прощения, когда им за это влетало.

Ив тем временем раскрыла свои карты, и он бросил короткий взгляд на них. Всё было не так уж и плохо, но могло быть и лучше: разномастное сочетание от десятки до туза больше чем на стрит не тянуло. Правда, три карты червовой масти давали возможность собрать простой флэш, но не более. С такими картами отыграться за один кон ей не светило, но напряжения в воздухе на пару раздач должно было хватить.

Он незаметно осмотрел всех сидящих, и от его взгляда не ускользнуло, что те переглянулись между собой. Факт его насторожил, и он внимательно посмотрел на свою мать. Та стояла с абсолютно беспристрастным выражением на лице за плечом Патрика, будто все происходящее совершенно её не трогало и не касалось. Как же Цвай ненавидел сейчас их обоих. Лайрока за то, что втягивал его мать в мерзкую кашу, в которой варился сам. А Уну за то, что позволяла себя втянуть, да ещё и ничего при этом не предпринимала. Одного того факта, что он едва не поставил её на кон (а возможно уже ставил до этого), с лихвой хватило бы, чтобы дисциплинарный комитет принял её отставку, и ещё бы заставил Патрика перед ней извиниться. Но их мать молчала, а они сами ничего не могли сделать. Только приходить время от времени в «Легкий Куш» и следить, чтобы с ней ничего не случилось. На самом деле он должен был поблагодарить Богов и Ив за то, что они оказались здесь именно сегодня. Не известно, что было бы дальше, если бы принцесса не вмешалась. Уна заметила его взгляд и, коротко глянув в его сторону, чуть заметно кивнула, давая понять, что тоже заметила подозрительные движения. Поодиночке ни он, ни его мать со всей собравшейся толпой не справятся, а вдвоём всё становилось в разы проще.

Телохранитель профессиональным взглядом оценил всех присутствующих, вокруг собралось около двадцати человек. Не было ничего удивительного в том, что все они были райконами из низших классов. У райбов не было столько свободного времени, чтобы гулять по барам, а делать ставки им банально было не на что. Цвай мысленно отметил несколько верзил грозного вида в толпе и взглядом указал на них матери, и та взмахом ресниц дала понять, что услышала его. Их стоило обезвредить в первую очередь, остальные стоявшие вокруг стола были праздными зеваками, которые сбегут при первом признаке дыма. Однако громилы не слишком волновали его, по всем признакам они были лишь горой мускулов, а вот мозгом, как он и предполагал с самого начала, оставались три игрока за столом. Многочисленные шрамы и угрюмые лица вместе с подозрительными взглядами Фокса и его компании подтверждали его догадки о том, что те были не только картёжниками, но и бывалыми бойцами. А значит и источником основных проблем. И это не говоря о том, что под одеждой каждый мог скрывать фактически любое оружие. Как уже не раз приходилось убеждаться Цваю, к сожалению, запрет на драки и оружие касался только членов главных семей. Сброд, что собирался в подобного рода местах, хоть и был в иерархии выше райбов, по факту не имел ни привилегий, ни обязанностей, ни принципов.

Тем временем все игроки с равнодушными лицами сделали следующий раунд ставок и сбросили карты для замены. Ивейн медленно потянулась и взяла две новые карты, упавшие напротив неё. Цвай краем глаза подметил, что девушка оставила червовую комбинацию и избавилась от крестового туза и бубновой дамы. «Умница, Ив», — мысленно похвалил он свою госпожу, похоже, принцесса думала так же, как он. Его сердце замерло, пока она не торопясь подтягивала замену и располагала новую пару рядом с первой раздачей. Цвай посмотрел на пять карт с красными сердцами в её руке и чуть не поперхнулся, осознав, что с правого бока добавились туз и дама.

Принцесса оказалась настолько везучей, что с первого раза собрала самую старшую комбинацию, роял-флэш.

 

Ивейн едва не подпрыгнула от шока, когда поняла, что за карты были у неё в руках. Однако её выдержка не подвела её, она не только не изменилась в лице, но даже взгляд остался бесстрастным. Принцессе не раз и не два удавалось спасать провальные переговоры за счет своего самообладания. «Никогда бы не подумала, что качество, что я специально отрабатывала для дипломатической карьеры, выручит меня в такой ужасной ситуации», — с сомнением подумала девушка. И все же тут была и светлая сторона: с такими картами она могла забрать выигрыш и сразу выйти из игры.

Она позволила себе еле заметно выдохнуть и подняла глаза на остальных игроков. Молодой блондин с равнодушным видом собрал свои карты и бросил их на стол. Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и, обведя безэмоциональным взглядом присутствующих, заявил не менее бесцветным голосом:

— Пас.

Фокс оскалился и подбросил пару банкнот на середину стола.

— Поднимаю ставку, — объявил он.

— Поддерживаю, — пробубнил низким басом мужчина в пиджаке, кидая деньги.

Все взгляды перекочевали на принцессу. Девушка заметила, как напрягся лорд Патрик, в золотисто-карих глазах полного мужчины читалась неподдельная паника. Он внимательно следил за каждым её движением на протяжении всего времени, однако для всех бы было лучше, чтобы глава Лайрок ничего не предпринимал, он и так успел сделать слишком много. Ив обвела апатичным взглядом своих соперников за столом и пожала плечами.

— Поддерживаю, — бросила она и отодвинула от себя ещё одну купюру.

Раздающий заводила поправил алый платок на шее и выложил на стол три разноцветные девятки и двух черных вольтов.

— Фулл-хаус, — констатировал он.

После чего мужчина обвел вопросительным взглядом двух оставшихся игроков, ожидая, кто из них раскроется первым. Ив решила до конца вжиться в роль и, подражая Цваю, дождаться кульминационного момента для демонстрации своей комбинации. Девушка продолжала сидеть, со скучающим видом уставившись в свои карты. Не дождавшись от неё никакой реакции, раздающий перевёл требовательный взгляд на шатена в сером пиджаке. Тот не стал тянуть время, и с гордостью по одной разложил пять красных карт от туза до пятерки.

— Стрит-флэш, — с надменностью заявил он.

Вокруг воцарилась тишина, все разговоры разом прекратились в ожидании развязки. Ивейн задумчиво посмотрела на набор карт червовой масти, потом на карты у себя в руке. У неё совершенно точно не было туза в рукаве, когда она садилась за игорный стол, но видимо не все делали также.

Подражая шулеру, принцесса также по одной разложила свои карты, сначала червовую десятку, потом вольта, даму, короля… Она остановилась и внимательно посмотрела на присутствующих. Девушка понятия не имела, как такие ситуации решались в среде картёжников, может у них существовал какой-то свой собственный этикет. Но технически она не сделала ничего предосудительного, поэтому, помявшись ещё пару мгновений, Ив положила последнюю карту на стол, червового туза.

Присутствующие замерли.

Давление, нависшее в воздухе, можно было черпать ложкой. Она услышала, или скорее почувствовала, как меняется положение тела Цвая, как его мышцы приходят в движение, напрягаясь и готовясь к атаке.

— Роял-флэш, — равнодушно прокомментировала Ивейн для тех, кто ещё не увидел карт, лежавших в ряд на столе перед ней.

Тягучая тишина после её слов провисела над аудиторией не более секунды…

А потом начался сущий ад.

В следующую секунду жулик уже был перед ней.

— Ах ты, стерва! Ты — мошенница! — заорал он девушке в лицо.

Мужчина протянул руку, намереваясь схватить принцессу за воротник рубашки, но замер на полпути, так и не завершив маневра с широко раскрытыми в немом испуге глазами. Неизвестно откуда взявшийся черный клинок в левой руке парня, до этого тихо стоявшего за спинкой стула, оказался приставленным к его горлу, а второй кинжал был направлен в живот незадачливого обманщика.

— Уверен? — издевательски спросил Цвай.

Кадык мужчины дернулся, тот нервно сглотнул и попытался отстраниться, делая шаг назад. Несколько человек за его спиной расступилось, и шатен быстро нашёл себя прижатым к грязной стенке. Шулер переводил полный ужаса и непонимания взгляд с оружия на лицо его обладателя, совершенно сбитый с толка. Продолжавшие до этого сидеть в немом оцепенении оставшиеся двое игроков вскочили со своих мест и благоразумно встали у другой стены, покрытой цветными пятнами непонятного происхождения.

Принцесса воспользовалась всеобщим замешательством и быстро схватила злополучное кольцо со стола. Не успела она выпрямиться и положить перстень в сумку, как оказалась за спиной Уны, слева от лорда Патрика. Девушка лихорадочно выдохнула, борясь с подступающим чувством беспомощности. Теперь ей приходилось передать пальму первенства телохранителям и довериться их опыту и мастерству, но их было всего двое, а противников двадцать. «Ты сделала только хуже, Ив, — мысленно отругала себя принцесса. — Гордая, самоуверенная Ив. Думала, влезешь и всё исправишь как по мановению волшебной палочки? И что теперь? Теперь ты не помощник, ты настоящая обуза!» Она бросила короткий взгляд на райкона рядом, рассчитывая скооперироваться с ним и хоть чем-то помочь райбам. Но тут её ждало полное разочарование, глава Лайрок застыл как вкопанный, во все глаза уставившись на Цвая.

— Е-ещё один райб? — потрясенно выдавил из себя неудачник у стены.

Вместо ответа телохранитель поднял кинжал в правой руке и медленно провел по рукаву серого пиджака. Черный закаленный райконовский клинок плавно разрезал толстую ткань, словно раскаленный нож масло. Шелест нескольких упавших на пол карт разрезал гробовую тишину.

— Шулер, — бесстрастно констатировал парень.

Мгновением позже один из верзил, находящийся недалеко от Цвая, вытащил нож и замахнулся в стоявшего к нему спиной телохранителя. Заметившая движение принцесса, закричала не своим голосом раньше, чем успела подумать:

— СЗАДИ!!!

Инстинкты райба сработали быстрее, чем лезвие успело коснуться его одежды: доля секунды и на месте черноволосого парня уже висело чёрное облако. Громила, конечно, не смог приспособиться также быстро, предназначавшийся брюнету нож по инерции проследовал дальше и легко вошел по самую рукоять в грудь стоявшего следом жулика. На бледно-розовом полотне расплылось ярко-алое пятно. Нападавший резко отскочил, осознав свою ошибку, но было уже поздно, шатен побелел, хрипло закашлялся кровью и, закатив глаза, беззвучно сполз на пол.

Её телохранитель проявился обратно спиной к стене и лицом ко всем остальным. Деревянный стол разделял Цвая и её группку из трех человек. Собравшаяся толпа опоясывала круглую, заваленную деньгами и картами, столешницу с двух других сторон, стараясь держаться подальше и от одинокого райба, и от их троицы. Вокруг воцарилось гробовое безмолвие, все взгляды были прикованы к застывшей в тени фигуре рядом с телом шулера, никто не шевелился и, кажется, даже забыл, как дышать.

Она тоже смотрела и не верила своим глазам.

Прямо напротив принцессы замер дикий зверь готовый к прыжку. Он стоял, широко раскрыв руки, пара чёрных изогнутых кинжалов крепко зажаты в ладонях, грива чёрных как смоль волос растрёпаны и рассыпаны по лицу и плечам, янтарные глаза, горят боевым азартом из-под нависших чёрных прядей, губы растянуты в хищном зверином оскале, тело напряжено и готово к бою.

Принцесса очень медленно и очень осторожно выдохнула, унимая подступившую дрожь. Она снова ошиблась. Цвай не был псом, он был волком. Маленький волчонок никуда не делся, он вырос в дикого хищника. Свирепого, необузданного и смертельно опасного. И мало того, его никто не смог приручить, его невозможно было приручить.

— Ай-яй-яй, ребятки. Так вы оказывается не только мошенники, но еще и убийцы? — раздался в полной тишине насмешливый хриплый голос.

Цвай поднял голову и развернул руки, будто приглашая к нападению. Толпу не пришлось просить дважды, все присутствующие разом набросились на райба. Тот лениво отбивался всё с тем же хищным оскалом, явно наслаждаясь процессом. Белая футболка быстро покрылась алыми брызгами, Ив оставалось только надеяться, что кровь была не его. Таверный сброд не был четой первому номеру среди воинской элиты императорского дворца. Принцесса зачарованно наблюдала, как мелькает в воздухе пара чёрных кинжалов, как он атакует и уклоняется, как нападающие хватаются за раненные части тела и покидают поле боя, как менее удачливые противники падают под его ударами. Это был танец, прекрасный и ужасный одновременно, и Цвай был ведущим артистом, казалось, что не он подстраивается под движения противников, а они следуют согласно его воле. Иногда телохранителей называли живым оружием, рождёнными и закалёнными исключительно ради битвы. В этот момент принцесса прочувствовала всю правду и всю горечь этих слов.

— Ваше высочество, нам нужно идти, — мягкий женский голос раздался у самого уха девушки. — Не волнуйтесь, он справится.

Принцесса дернулась, возвращаясь из наваждения в реальность. Она обернулась и встретилась со знакомыми обеспокоенными шоколадными глазами, как же ей захотелось броситься Уне на шею и разрыдаться. Разрыдаться от счастья и от горя одновременно, она так скучала по своей приёмной матери, было так много всего, что хотелось ей рассказать, похвастаться, пожаловаться, найти поддержку и утешение в её объятиях. Но все, что она могла, — это коротко кивнуть и, развернувшись, спокойно ответить:

— Я знаю.

Ив и Уна собрались проложить путь к выходу, пока все были заняты Цваем, но лорд Патрик почему-то не последовал за ними.

— Ваша светлость, — позвала его помощница.

Мужчина не ответил, продолжая таращиться на проявляющееся и исчезающее мечущееся тёмное облако с двумя кинжалами.

— Лорд Патрик! — настойчивее позвала его женщина.

С тем же незавидным результатом. Грузный брюнет даже не пошевелился.

— Патрик! — прикрикнула Уна в голос и схватила райкона за рукав холщовой куртки. — Уходим отсюда, пока Фокс про тебя не вспомнил!

Последнее наконец подействовало, тёмноволосый мужчина медленно обернулся словно на шарнирах и неверующе уставился на свою телохранительницу.

— Это и в самом деле твой ребёнок, Уна? — механически спросил он. — Когда Эда называла его монстром, я не верил, но это…

Несколько мгновений мужчина и женщина пристально смотрели друг на друга. В шоколадных глазах промелькнуло нечто сродни недоверию и шоку, в золотисто-карих, однако Ив не смогла прочесть ничего вразумительного, полная растерянность и пустота.

Этому диалогу не суждено было продолжиться, потому как на их группку обратил внимание один из игроков у бильярдного стола. Высокий широкоплечий мужчина схватил кий и замахнулся на Уну.

— Осторожно! — закричала заметившая первой движение принцесса.

Женщина-телохранитель среагировала ничуть не медленнее своего сына, за долю секунды одним движением она развернулась и, уклонившись от деревянной палки, ударила нападавшего кулаком в челюсть. Атакующего приподняло в воздух, и он неуклюже приземлился на покрытый грязно-зелёным полотном прямоугольный стол и больше не шевелился.

— Я же сказала, что нам нужно уходить, — ворчливо сказала Уна, бесцеремонно хватая своего хозяина за рукав и таща в сторону выхода.

Ив тряхнула головой, стараясь уложить у себя в уме то, что только что произошло: её приёмная мать отправила одним ударом в нокаут мужчину как минимум в два раза больше и тяжелее её самой. «И потом кто-то называет Цвая монстром?» — про себя поразилась девушка, осторожно продвигаясь вдоль стенки.

Не успели они сделать и десятка шагов, как дорогу им преградили ещё двое, у одного был маленький складной ножик, второй держал наполовину разбитую бутылку, острые стеклянные осколки поблескивали в неясном свете от закопченной лампы над следующим бильярдным столом, что отделял их от спасительной двери наружу.

— Куда-то торопишься, стерва? — осведомился первый, противно скалясь и делая выпад в сторону Уны.

Женщина молча ушла с траектории движения ножа, схватила мужчину за вытянутую руку и легко перекинула через плечо. Неудачливый противник пролетел пару метров, врезался в стену и сполз вниз головой. Ив могла поклясться, что услышала хруст шейных позвонков, а безжизненное тело грузно свалилось на пол. Второго соперника не сильно волновала судьба первого, он и Уна уже кружили в боевом танце, обмениваясь пробными ударами. В этот момент какому-то сумасшедшему пришло в голову наброситься на женщину в чёрном с огромным барным стулом, с громким криком и бешеными глазами низкий толстячок полетел вперед. В этот раз, однако, среагировал лорд Патрик.

— Берегись! — выкрикнул райкон и оказался между своей помощницей и новой угрозой.

Лайрок бросился на мужчину со стулом, от неожиданности и силы столкновения низкорослый выпустил стул и тот прямехонько приземлился на темечко высокого брюнета. В итоге оба свалились на пол, придавленные тяжелыми металлическими ножками.

— Тупица, — выругалась Уна в полголоса.

Девушка обернулась и увидела, что второй нападающий уже неподвижно лежал возле первого, а с его головы стекала тонкая струйка крови в обрамлении мелких стеклянных осколков. Женщина со все тем же бесстрастным видом стряхнула несколько осколков с чёрного рукава и, грациозным движением перекинув длинные волосы через плечо, направилась к куче, где лежал лорд Патрик.

— Сколько раз я тебе говорила не путаться под ногами? — пробурчала Уна, извлекая своего горе-защитника из-под стула.

Она подняла Патрика на ноги, но тот едва стоял, держась за голову, болезненно щурясь и пошатываясь. Женщина перекинула его руку через плечо, не давая упасть, и мужчина благодарно улыбнулся.

Чёрное облако пролетело через зал и материализовалось тёмноволосым покрытым кровью парнем между ними и оставшимися способными держаться вертикально нападавшими. Внезапно все замерли, и установилась тишина. Ивейн попыталась оценить обстановку, они стояли в паре метров от стены с парой окон с тонированными стёклами и закрытой, но свободной от препятствий, входной дверью и это было единственным, что осталось цело. По другую же сторону, там, куда были направлены взгляды их четверки, царил настоящий хаос: оба игорных стола были перевернуты, у одного было отломано несколько ножек; стулья валялись, где попало, большинство из них напоминали груду щепок; какие-то лампы больше не горели, делая картину ещё более устрашающей. Помимо разломанной мебели всё помещение было усеяно телами пострадавших, кто-то пытался шевелиться и постанывал, кто-то и вовсе лежал неподвижно. Принцесса мысленно попросила Богов, чтобы все остались живы. Худая барменша с опаской выглянула из-за усеянной разбитым стеклом стойки и тоже застыла тихо охнув. Из недавних посетителей на ногах осталось лишь человек семь, застывших на другой стороне комнаты. Из этой толпы протиснулся Фокс, его лицо представляло собой одни синяки и порезы, из носа текла кровь. Узнать раздающего можно было только по алому платку на шее. Мужчина поправил его нервным движением, сплюнул на пол и раздраженно заговорил:

— Не знаю, кто ты такая, девочка, и знать не хочу! Забирай своего райба-оборотня и проваливайте подобру-поздорову!

Ив с успокоением выдохнула, а Цвай обтёр чёрные лезвия о джинсы и, убрав оружие в ножны, откинул растрёпанные чёрные пряди с лица. Телохранитель развернулся, оценивая состояние остальных одним взглядом. Парень без единого слова подошел к раненному лорду Патрику и помог матери, подхватив толстого мужчину со второго бока. Глава Лайрок неуверенно моргал и тряс головой время от времени, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Эй, Патрик! — обратился к нетвердо стоявшему на ногах полному брюнету Фокс. — Чтобы ноги твоей тут больше не было! Не желаю никогда больше видеть твою трусливую физиономию.

Черноволосый мужчина промычал что-то нечленораздельное в ответ, а Ив наградила стоявших пронзительным взглядом и вышла следом за Цваем и Уной, волочивших лорда Патрика.

Глава 8

Телеграмм канал автора: https://t.me/a_diary_of_a_novel_writer

Мнение редакции может не совпадать с мнениями авторов статей

Если вы нашли ошибку в тексте, напишите нам об этом в редакцию

Поделиться в Социальных сетях с друзьями:
188
Понравилась ли вам статья?
5 - (проголосовало: 2)Голосовать могут только зарегистрированные
и не заблокированные пользователи!
Вас могут заинтересовать другие выпуски с похожими темами
 
Охранник для принцессы. Пёс. Глава 1Охранник для принцессы. Пёс. Глава 2Охранник для принцессы. Пёс. Глава 3

Народное Славянское радио

Это первое в истории Славянского Мира некоммерческое "Народное Славянское радио", у которого НЕТ рекламодателей и спонсоров, указывающих, что и как делать.

Впервые, команда единомышленников создала "радио", основанное на принципах бытия Славянской Державы. А в таковой Державе всегда поддерживаются и общинные школы, и здравницы, общественные сооружения и места собраний, назначенные правления, дружина и другие необходимые в жизни общества формирования.

Объединение единомышленников живёт уверенностью, что только при поддержке народа может существовать любое Народное предприятие или учреждение. Что привнесённые к нам понятия "бизнес" и "конкуренция", не приемлемы в Славянском обществе, как разрушающие наши устои. Только на основах беЗкорыстия и радения об общественном благе можно создать условия для восстановления Великой Державы, в которой будут процветать Рода и Народы, живущие по Совести в Ладу с Природой. Где не будет места стяжательству, обману, продажности и лицемерию. Где для каждого человека будут раскрыты пути его совершенствования.

Пришло время осознанности и строительства Державы по правилам Славянского МИРА основанным на заветах Предков. "Народное Славянское радио" — это маленькая частица огромной Державы, оно создано для объединения человеков, для коих суть слов Совесть, Честь, Отчизна, Долг, Правда и Наследие Предков являются основой Жизни.

Если это так, то для Тебя, каждый час на "Народном Славянском радио" — хорошие песни, интересные статьи и познавательные передачи. Без регистрации, абонентской платы, рекламы и обязательных сборов.

Наши соратники

родобожие русские вести родович славянская лавка сказочное здоровье белые альвы крестьянские продукты Портал Велеса ИСКОНЬ - АНО НИОИС