Добрый день, мои дорогие! Вот спозаранку встал и вершу уж дела мирские — во благо прежде всего себе, своей Душе и Миру Великому. Злато-серебры струны переливчатые разносят мелодию Любви Вселенской, во пору дивную, во взрастаниях очевидных да токмо порой несусветной напасти ниспосылаемой нам для уроков да восприятия нами порой, ой как сложны! Помнится как ещё юным на фронтах разных войн вшей кормил в окопах... Вроде как идейный долг Родине и Отчизне — супостата бить! А бывало в затишье да с остатку тепла уходящего, в промерзших-то портках, коротая досуг да в ожидании шальной пули пролетевшей, приходили мысли иной грамоты — навеянные самим Небом. Разве может быть на заклание наш Народ отдан? А в кой-то раз убеждался, может! Только в угоду другим, во спасение... Только лишь коснётся спасительная их полоса света, во душе или во плоти — сразу все в кусты, наша хата с края, мы их знать не знаем!... А братья наши до сих пор безымянными лежат, костьми нашими усеяны просторы всей земли! Всё заклинает, проклинает — а мы с миром приходим, свет несём и знания! До сей поры золотоласые русы, великаны с доспехами, попирают чреслами своими места те, где уже ныне и государства чуждые! Но плоть... тлен... да Зов Души всегда скажет, где Зерно Света посажено! Исказили и искажают, чертоги бездны сравнивают с кладезями полными... Вот те чисты пруды родниковой свежей воды, а глаза протрёшь от наветов, глянешь — а там болотина да вода с гнильцой. Что говорить, когда в одной семье взросшие, от одной мамкиной груди вскормленные, становятся врагами без примиримости. Так бывало когда фанатики исказили Веру Чистую, а идейное вдалбливали. Когда нет корня да стёжкой по нам проходят — словно хлопчика юного автоматом насквозь порешили. Тело ещё без разложения лежит на поле брани, да вороньё над трапезой клокочет... А душа уже лёгкая да светлая несётся в высях радостной, да стремится вновь прийти аки ангел во спасение. Так сейчас и происходит — словно сон в мороках. Обули невеж, только уж кладезями берёт иными. Ранее цельную Веру подавай, а сейчас-то Золотой Телец с Маммоной идёт. Глянешь без призмы то да и на заднюю точку присядешь... Смесь их в порослях единым чудовищем жуткая — вот кому поклоняются ныне. Ну что скажу... Конечно теребит и ранит все это, да сердце ноныча ноет. Но ведь как скажешь, как откроешь всем на это очи их опустившиеся... Лишь гром грянет — только опосля просыпаются. Скоро уж к Перуну обращаться стану с Велесом, но с покона мы Мать Сырой-Земле, да взглядом Стрибога, в груди Семаргла провозглашая, да Агидели улыбнусь. Смех мою раздаётся и после его Дива-Додола передаст Роду Извечному! Тогда сам встану с колен. Время перемен грядёт!
Апрель 2016 года
